Rambler's Top100 Service
Поиск   
 
Обратите внимание!   Обратите внимание!
 
  Наука >> История >> Отечественная история >> История Русской Православной Церкви | Научные статьи
 Написать комментарий  Добавить новое сообщение
 См. также

Аннотации книгПопов А. В. Российское православное зарубежье: история и источники

Аннотации книгНовое исследование по истории российского православного зарубежья

Научные статьиИстория российского православного зарубежья

Аннотации книгРоссийское православие за рубежом: Библиографический указатель литературы и источников

Научные статьиМемуары митрополита Евлогия (Георгиевского) как источник по истории российского православного зарубежья

Научные статьиАрхив Архиерейского Синода Русской Православной церкви за границей в ГАРФ. (Опыт архивного обзора)

Научные статьиИстория русских зарубежных церковных разделения в ХХ веке

СообщениеМонастырь Святого Саввы освященного в Харпер Вудс

СообщениеЦерковные расколы ХХ века на Украине: указатель литеатуры

Популярные статьиРусский храм в Буэнос-Айресе

Популярные заметкиИстория Храма Христа Спасителя в Сан-Франциско

КомментарииСлишком долгим был плен

Научные статьиИзучение истории России в США.

Научные статьиЛабынцев Ю. А., Щавинская Л. Л., Некоторые обстоятельства и средства поддержания белорусско-украинской униатской литургической практики в XVII - XIX веках

КнигиОчерк русской иммиграции в Австралии

Научные статьиОсобенности интеграции иммигрантов из бывшего СССР

Популярные статьиЕдут, едут по Капстаду наши казаки: история российской эмиграции в Южной Африке

Обзорные статьиКоллекция микрофильмов Гуверовского института войны, революции и мира в ГАРФ

Научные статьиРогожин Н. М., Диалог вероисповеданий в дипломатии средневековой России.

КнигиСофронова Е.И. Где ты моя Родина?

Собор Александра Невского, Варшава К истории Православной Церкви в Польше
11.12.2016 23:25 | Русское Зарубежье
    

Русак В.С. К истории Православной Церкви в Польше // Макарьевские чтения: Материалы XI Международной научно-практической конференции (21-24 сентября 2016 года). - Горно-Алтайск: РИО ГАГУ, 2016. - С. 114-127

Abstract. The Polish Autocephalous Orthodox Church, commonly known as the Polish Orthodox Church, is one of the autocephalous Eastern Orthodox Churches in full communion. When Poland was restored as an independent nation in the wake of World War I, a large number of Orthodox Christians were included within its boundaries. In the 1920s, around 4 million Orthodox Christians (15% of the population) lived within the Polish borders. The paper is devoted to history of the Russian Orthodox Church in Poland. It is addressed to historians of the church and all interested in national history. Keywords: Russian Orthodox Church, Poland, Orthodoxy

В результате гибели Российской Империи и гражданской войны значительная часть территорий, прежде принадлежавших Империи, оказалась за ее пределами. На этих территориях образовались новые государства: Финляндия, Эстония, Латвия и Литва. Была восстановлена государственность Польши, в состав которой помимо собственно польских земель вошли также белорусские и украинские земли на западе России и Галиция, принадлежавшая прежде Австро-Венгрии.
Части Российской Церкви, оказавшиеся после Первой Мировой войны на территориях, независимых от большевиков, кроме Литовской, провозгласили свою независимость под главенством Вселенского Патриарха. В большинстве случаев сделано это было под прямым давлением правительств. Многие иерархи, которые сознательно действовали в этом смысле в русле политических целей своих правительств, не сразу увидели, что светским властям недостаточно было отторгнуть местные епархии от Полноты Российской Церкви. Для них, представлявших неправославное население, появилась возможность если не окончательно разрушить Православие в их владениях, то, хотя бы, подавить свободолюбивые инстинкты православной части, теперь уже лишенной защиты российской императорской власти.
Во время Первой Мировой войны 1914-1918 гг. православное население Привислинского и Северо-западного краев в большинстве своем, вместе с духовенством, было эвакуировано вглубь России. [Беднов В.А., 2002, с. 37] На местах оставалось не более 10 священников и иеромонахов, исполнявших пастырские обязанности для оставшихся православных. Из епископов оставались лишь двое: Виленский архиепископ Тихон (Белавин), впоследствии ставший патриархом, и епископ Кременецкий Дионисий (Валединский), викарий Волынской епархии. После избрания архиепископа Тихона на Всероссийский патриарший Престол, владыка Дионисий оказался единственным иерархом. Возвращение православного населения в польские территории, опять же, вместе с духовенством, началось только в 1918 году. К моменту образования (восстановления) Польского государства в результате Версальского мирного договора (28 июня 1919 г.) сюда прибыли и епископы: в Вильну - управлявший Литовской епархией епископ Ковенский Елевферий (Богоявленский) и - в Гродно - епископ Белостокский Владимир (Тихоницкий). Начала налаживаться церковная жизнь, восстанавливаться приходы, рукополагались к ним священники, были организованы Епархиальные Управления, в Варшаве создался Церковный Совет. Православная Церковь в Польше, как и до революции, находилась в каноническом подчинении московской церковной власти, т. е. в ведении Патриарха Тихона. В августе 1918 года по распоряжению патриарха Тихона епископ Дионисий образовал новую, Полесскую епархию. [Борщевич В.Т., 1998. с. 26] Уже в те годы (1918-1920) началось массовое закрытие православных храмов, особенно на Холмщине, обращение их в католические костелы и даже разрушение их. [Алексий, архиепископ, 1937, с. 105]. Были разрушены соборы в Люблине, Капище, Влоцлавке, Планке и Кольцах. Разрушена военная церковь в Варшаве. На ее месте сооружен танцевальный зал. Согласно официальным данным, только в первый год правления нового польского правительства у православных было отобрано около 400 церквей. В действительности эта цифра была гораздо выше. В одной только Холмщине было изъято более 300 храмов, в Гродненской епархии - около 100. Кроме этого, нельзя забывать Виленщину, Полесье, Волынь, коренную Польшу. Отобрание православных храмов не раз приводило к пролитию крови (Гродненская епархия, Виленщина). Был закрыт детский приют в православной мужском монастыре в Жировицах на Гродненщине. Вместе с храмами изымалось и имущество, церковные земли. Не разрешалось преподавать Закон Божий в школах под предлогом, что оно ведется на русском языке по русским учебникам. Католическое духовенство приступило к совращению православных в католичество. На август 1921 года в Варшаве было намечено созвать Съезд представителей православных приходов в Польше. Было получено благословение епископов и разрешение гражданских властей. В программу работы Съезда были включены многие вопросы, в том числе и правовое положение Православной Церкви в Польше. Но против этого Съезда выступил епископ Кременецкий Дионисий, аргументировав свой протест тем, что Съезд представителей приходов не имеет права рассматривать такие вопросы. Его соображения по этому поводу были напечатаны в газетах. На это обратило внимание Польское Правительство. Епископ Дионисий был вызван в Варшаву и ему было предложено подготовить его проект организации Высшего Церковного Управления в Польше, что он и не замедлил сделать.
В августе 1921 года в Польшу прибыл из Италии архиепископ Георгий (Ярошевский), приглашенный Польским Правительством, несколько ранее - епископ Пантелеимон (Рожновский), назначенный патриархом Тихоном на вновь учрежденную Пинскую и Новогрудскую кафедру. Кроме упомянутых епископов в Польше был и новохиротонисанный в Вильне епископ Вольский Сергий (Королев), но он не признавался гражданскими властями и жил в Яблочинском монастыре Варшавской епархии, хотя имел полномочия из Москвы на управление Холмской епархией.
В связи с образованием Польского государства после выхода России из Первой мировой войны, а также в связи с присоединением к Польше русских областей с почти четырехмиллионным православным населением по Рижскому договору 1921 года, завершившему советско-польскую войну, у польского правительства возник соблазн и церковные дела православных устроить независимо от Москвы. Образованию автокефальной Церкви в Польше предшествовали мало известные сношения польского правительства со Вселенским Патриархом. В качестве проводника и исполнителя намерений правительства в церковных делах в 1920 году на кафедру митрополита Варшавского и был приглашен митрополит Георгий, прежде архиепископ Минский и Туровский, выехавший за границу вместе с другими архиереями. Польское Правительство решило вести переговоры об устроении Церкви на территории Польши не со всеми иерархами, находившимися там, а лишь с архиепископом Георгием и епископами Дионисием и Пантелеимоном. Все трое они были вскоре вызваны в Варшаву, в Министерство Исповеданий, где представитель правительства после длительной беседы с ними прямо и решительно заявил, что не мыслит иного управления, как на началах автокефалии. Иерархи выразили согласие, но оговорили, что пойдут на это, если будет согласие Святейшего Патриарха Московского Тихона. Об этом был составлен и подписан особый документ. После этого епископ Дионисий отправился в свою епархию, епископ Пантелеймон получил от правительства декрет на управление Пинско-Новогрудской епархией, а архиепископ Георгий, как старейший по возрасту, хиротонии и сану, был оставлен в Варшаве в качестве Главы Православной Церкви в Польше.
На предмет организации церковного управления в Польше посланник польского правительства в Москве г. Филиппович вошел в сношения с патриархом Тихоном. На 1 октября 1921 года архиепископ Георгий назначил в Почаевской Лавре Съезд всех православных иерархов в Польше. Однако некоторые из них в Почаев не прибыли и Съезд не состоялся. Накануне своего отъезда из Почаева в Варшаву архиепископ Георгий получил Указ Московской Патриархии от 15/28 сентября 1921 года за 1424, в котором, в виду невозможности прибыть в Варшаву законного правящего архиепископа Серафима, управление ею в качестве Экзарха Православной Российской Церкви в Польском Государстве с правами Областного Митрополита поручалось архиепископу Георгию. С этим Указом владыка Георгий приехал в Варшаву. Одновременно к патриарху Тихону поступило ходатайство от Польского Правительства о возведении архиепископа Георгия в сан Митрополита. Московский Синод, рассмотрев оба этих дела, решил их положительно. Митрополиту Георгию, теперь уже с титулом Митрополита Варшавского, поручалось и временное управление Хомской епархией. Параллельно этому Указу, в Варшаву был отправлен другой, за 84, который предлагал: 1) одобрить прилагаемый Проект Положения об управлении Православной Церковью в Польском Государстве и 2) препроводить настоящий проект и Польскому Правительству для получения его согласия на введение сего Положения в жизнь. В обоих этих Указах владыка Георгий уже не назывался Экзархом всей Польши, а только Митрополитом Варшавским (и временно управляющим не всею Православной Церковью в Польше, а только Хомской епархией).
Разъяснение этого положения, в ответ на запрос заинтересованных лиц, было впоследствии получено непосредственно от самого патриарха Тихона:
1) Покойный митрополит Георгий, назначенный Нами на Варшавскую кафедру в январе 1922 года, был лишь епархиальным архиереем Варшавской епархии с почетным титулом Митрополита, каковой титул предоставлен Нами покойному согласно пожеланию Правительства Польского, выраженному через г. Посла.
2) Покойный Митрополит Георгий не был митрополитом всея Польши, т. е. канонической юрисдикции Областного Митрополита покойный не имел, так как Положение о Высшем управлении Православной Церковью в Польском Государстве, выработанное при Патриархии Московской и своевременно посланное Нами на отзыв Польского Правительства, последним до сих пор не возвращено и отзыва с его стороны по содержанию Положения не последовало, по каковой причине упомянутое Положение о Высшем Церковном управлении в Польском Государстве окончательного утверждения Нашего не получило и в законную силу не вошло (24 марта 1925 г.).
Как видно, достаточно было митрополиту Георгию представить патриаршее Положение Польскому Правительству, чтобы Православная Церковь в Польше получила статус Автокефальной, а сам он стал Главой новой Поместной Церкви. Но события развивались иначе. Еще до получения упомянутых выше Указов патриарха, митрополит Георгий созывает в Варшаве на 24 января 1922 года Собор епископов в составе его самого, епископа Дионисия и епископа Пантелеимона. Архиеп. Литовский Елевферий не вошел в состав Собора, так как Виленская область на то время еще не была официально присоединена к Польше, а Гродненский епископ Владимир из-за болезни прибыл на Собор только к третьему заседанию.
На рассмотрение Собора был представлен текст Конкордата в двух редакциях, экзаршей и правительственной. Директор Департамента Исповеданий, присутствовавший на заседаниях Собора, в своем выступлении не скрыл, что отрицательное отношение к сводному тексту может отразиться на положении Православной Церкви в Польше самым нежелательным образом. Тем не менее, епископы Владимир и Пантелеимон отказались подписать Основные положения, и они были изданы Правительством 30 января 1922 года в порядке административного распоряжения в качестве Временных Правил об отношении Церкви к Государству. На последнем заседании Собора митрополит Георгий заявил членам, что снимает с себя ответственность за возможные со стороны Правительства репрессии по отношению к Православной Церкви, каковые могут последовать в результате неподписания Конкордата епископами Владимиром и Пантелеимоном. Он не ошибся. На следующий день по окончании работы Собора, его члены были приглашены в Министерство Исповеданий для подписания Временных Правил.
Епископ Пантелеимон отказался, и в тот же день, как явный противник распоряжениям власти, был отправлен в Мелецкий монастырь. Находясь под сильным давлением польского правительства, которому очень не нравилась всякая зависимость от Москвы, митрополит Георгий стал на путь образования в пределах Польши новой автокефальной Церкви. Несогласные с этим намерением митроп. Георгия четыре епископа (Елевферий, Пантелеимон, Владимир и Сергий) были изгнаны со своих кафедр. Старейшему по времени пребывания в Польше епископу Кременецкому Дионисию (викарий Волынской епархии) было недвусмысленно дано понять, что всякое сопротивление политике митроп. Георгия не только бесполезно, но и опасно.
Как и в других лимитрофных государствах, правительство в Польше принимало в решении этого вопроса самое активное, если не решающее, участие. События ускорились арестом в Москве патриарха Тихона в апреле 1922 года. Во второй половине мая под председательством митрополита Георгия состоялся новый Собор, на котором митрополит попытался провести автокефалию явочным порядком и предложил резолюцию, которая освобождала польских иерархов исполнять распоряжения, исходящие от московской церковной власти. [Громадский А., священник., 1910, с. 102] Такая резолюция встретила возражение со стороны архиепископа Елевферия и епископа Владимира, выступивших с заявлениями. Их возражения не были приняты во внимание, и они покинули зал заседаний. Уже в их отсутствие была принята резолюция митрополита Георгия в его редакции. Кроме того, было решено возвести в сан епископа архимандрита Александра (Иноземцева). Но всем было ясно, что для принятия такого важного решения, как введение автокефального устройства, единство необходимо, хотя бы епископата, поэтому митрополит Георгий в июне того же года созывает в Варшаве новый Собор. Но и он не принес ожидаемого единства. Польское Правительство все сильнее настаивало на необходимости освобождения от московской церковной власти, находившейся в зависимости от безбожников. [Киприанович Г.И., 1899, с. 200]
Против введения автокефалии на июньском Соборе выступили опять архиепископ Елевферий и епископ Владимир, аргументировав свой протест тем, что, во-первых, вопрос об автокефалии превышает компетенцию Собора, во-вторых, любая автокефалия может быть осуществлена только при наличии четырех условий: а) воля народа; б согласие Церкви, из которой выделяется новая Церковь; в) признание новой Церкви другими Поместными Церквами и г) согласие Правительства того государства, в котором новая автокефальная Церковь учреждается.
Как видно, два основополагающие условия автокефалии в польском случае отсутствовали. Заявление-протест двух иерархов не было принято во внимание и Варшавский Собор, голосами митрополита Георгия, архиепископа Дионисия и епископа Александра, 14 июня 1922 года выразил готовность работать в Польше на началах автокефалии, уверенный в добром сотрудничестве с Польским Правительством. На Правительство возлагалась надежда и в переговорах с Константинопольским и другими патриархами на этот счет, включая Московского, если он возвратится к власти и если сам Российский Патриархат не будет упразднен. Православный народ, перед угрозой введения самочинной автокефалии, объединился в Союз Православных Приходов в Польше и получил благословение Святейшего патриарха Тихона. При митрополите Георгии автокефалия еще не была получена, а попытки ее добиться лично для митрополита кончились трагически: 8 февраля 1923 года он был убит архимандритом Смагардом (Латышенковым), бывшим ректором Хомской Духовной Семинарии, уже нареченным епископом.
После убийства митроп. Георгия и избрания на его место митроп. Дионисия на его место, переговоры продолжились и увенчались успехом. 13 ноября 1924 года, за три дня до смерти, дряхлый и безвольный Константинопольский патриарх Григорий VII полумертвой рукой подписал Томас об автокефалии Польской Церкви, с тем, чтобы в вопросах церковного порядка и характера более общих, превосходящих юрисдикцию каждой автокефальной церкви, взятой в отдельности, Высокопреосвященнейший Митрополит Варшавский и всея Польши обращался к нашему Святейшему Патриаршему Престолу, через который поддерживается общение со всей Православной Церковью..., и испрашивал также авторитетного мнения и содействия Церквей-Сестер. [Косоноцкий В., 1930, с. 39] Кроме того, Константинополь постановил, чтобы Польская Церковь получала Святое Миро от Великой Христовой Церкви, т. е. Константинопольской. Причем, в основу патриаршего и синодального Томаса было положено утверждение, что строй церковных дел должен следовать политическим и общественным формам.
Нарушение прав Русской Церкви в Польше со стороны Константинополя было категорически осуждено патриархом Тихоном в грамоте на имя Митрополита Дионисия еще раньше, 23 мая 1924 года за 224. 17 сентября 1925 года в Варшаву прибыла делегация патриарха Василия III и в особо торжественной обстановке провозгласила автокефалию. Обстановка-то была торжественной, но малопредставительной. Присутствовали лишь представители Румынской Церкви. Русская Церковь выразила протест как в Москве, так и за границей. Иерархия Церкви в Польше, видимо, рассчитывала своей верностью Польской Державе приобрести благоволение и поддержку правительства. Правда, правительство окружило лояльную иерархию почетом, поставило их в ряд государственных сановников, но одновременно с этим приложило все силы, чтобы Православие в Польше уничтожить.
Церковь в Польше оказалась в особенно тяжелых условиях, немногим лучших, чем в советской России. В августе 1929 года римско-католические духовные власти в Польше предъявили Православной Церкви свыше 650 судебных исков об отобрании у нее святынь, в том числе всех монастырей, включая Почаевскую Успенскую Лавру, и церковного имущества. К 1930 году в десяти бывших Привисленских губерниях православное население потеряло более 350 храмов. В одной только Холмщине и Подляшьи - 320 храмов: закрыто 111, обращено в римско-католические костелы 150 и разобрано 59. Кроме Варшавы, были разобраны православные соборы в Люблине, Капище, Влоцлавске, Планке, а позднее - в Кельнах. Была разобрана военная церковь в Варшаве, а на ее месте сооружен дансинг (танцевальная площадка). Люди молились в частных домах, в часовнях и под открытым небом. Все земельное имущество в Царстве Польском было отобрано в государственное управление еще в 1919 году. В общем Православная Церковь в русской Польше потеряла около 20 тысяч гектаров. Разорен Леснинский женский монастырь и отобрано громадное имущество, приобретенное монастырем на свои средства от частных лиц перед войной. [Попов А.В., 2005, с.159]
Сотни церквей были отобраны, часть из них превращена в костелы, часть разрушена. Делались попытки ввести раскол среди православного населения путем создания националистического украинского движения. Священники терроризировались. Насильственно были введены в богослужение и церковные учреждения польский и украинский языки. Перед Второй Мировой войной были предприняты решительные меры к переводу православного населения в католичество. Делалось это при помощи угроз, насилия и обмана. Беззакония по отношению к Православию и православным вопияли к небу.
Ввиду сложности положения митрополит Дионисий, письмами от 22 ноября и 21 декабря 1929 года просил Министра Исповеданий и Народного Просвещения г. Червинского согласия на созыв Поместного Собора в Польше. Созыв был назначен на 13 февраля 1930 года. К прошению был приложен выборный закон и программа Собора. Министр резко отказал в своем согласии, и были приняты полицейские меры к тому, чтобы воспрепятствовать выбор членов Собора. Инициатива митроп. Дионисия была, таким образом, пресечена в корне. Правительство дало ясно понять, что оно может согласиться только на Собор, подобный Пинской Конгрегации 1791 года, где оно было бы полновластным хозяином. [Шиленок Д., священник., 2006, с. 111] В мае 1930 года правительство все же издало рескрипт о созыве Поместного Собора, без указания срока его созыва. Одновременно было образовано Предсоборное Собрание для разработки материалов будущего Собора. В это Собрание было назначено четыре представителя правительства, все католики, с весьма широкими полномочиями. Более того. Из этих четырех правительственных чиновников, митроп. Дионисия и архиепископа Алексия была создана Комиссия, которая должна была выработать проекты законов о внешнем и внутреннем положении Православной Церкви в Польше, и которая отодвинула Предсоборное Собрание далеко на задний план. Чиновники стали широко и свободно толковать правила святых отцов, все каноническое право, опираясь в своем толковании на силу правительства. Силы, разумеется, оказались неравными. Иерархия вынуждена была принять такие начала церковного устройства, в результате осуществления которых она совершенно утратила свою независимость.
Несмотря на очевидное гонение на Православных в пределах независимой Польши, Константинопольский патриарх Фотий, ублаженный дорогими подношениями правительственного посланника и высшей государственной польской наградой, именно в это время обратился к Министру Исповеданий с гнусным письмом, в котором лживо ли, наивно ли, выражал свой вселенский восторг по поводу заботливого отношения польского правительства к Православной Церкви. [Попов А.В., с. 2005, с. 204] В декабре 1930 года в Варшаву прибыл делегат патриарха, митроп. Германос с подарками для Президента республики. Митрополита Дионисия даже не известили о предстоящем визите высокого гостя. 23 сентября 1933 года Министр Исповеданий (он же премьер-министр) г. Ендржиевич обыкновенным письмом потребовал от митрополита Дионисия освобождения занимаемой им Волынской кафедры. Одновременно он потребовал созыва Синода и назначения им на эту кафедру другого лица по соглашению с ним. В ноябре этого же года был выслан из страны юрисконсульт Священного Синода К. Н. Николаев, опечатаны бракоразводные дела Варшавско-Холмской епархии... Автокефалия, полученная от Константинопольского Патриарха, не принесла Польской Церкви самостоятельности. Если кому и полезна она оказалась, то только польскому правительству, подчинившему ее под свою власть. Желания польского правительства в приложении к Православной Церкви были вполне очевидны: она должна была стать средством осуществления польских националистических стремлений и денационализации русского православного населения. Из богослужения и церковного управления был почти полностью устранен церковнославянский язык. Духовное образование к концу 30-х годов было полностью полонизировано. Система духовного образования всех ступеней вырабатывалась польским правительством (лишь по формальному соглашению с митрополитом Дионисием).
Катастрофическое положение Православной Церкви в Польше заставило митрополита Дионисия, который не мог равнодушно наблюдать разрушение Церкви, созвать Собор епископов. Он состоялся 16 июля 1938 года. Польские иерархи выразили готовность сплотиться вокруг Первоиерарха и быть верными ему до смерти в общем служении Православию. Собор епископов постановил обратиться к пастве с особым посланием, установил в знак печали о разрушении храмов строгий трехдневный пост с молитвой во всей Митрополии. Было решено также представить правительству, президенту республики и маршалу З. Ридзу-Смиглому соответствующий меморандум. [Свитич А.К., 1959, с. 34] На следующий день после открытия Собора, 17 июля, митрополит в присутствии всех епископов принял членов законодательных палат и церковно-общественных деятелей (22 человека), приехавших из различных епархий Митрополии для обсуждения трагических условий церковной жизни. В результате этой встречи пришли к важному решению: В настоящее тяжелое время... нужно предать забвению национальные и политические расхождения и всем верным сынам Православной Церкви объединиться под руководством Его Блаженства, Владыки митрополита, вокруг своей иерархии. Собор принял образцовое Послание к православному народу, обстоятельно излагавшее ситуацию, в которой находилась в это время Православная Церковь в Польше. Оно было конфисковано властями. А в эти самые дни только в Люблинском воеводстве было уничтожено свыше 100 православных храмов, из которых некоторые существовали еще во время Речи Посполитой.
Перед фактом разгрома Православия в Польше не остались равнодушными даже часть высшего польского общества. С особым посланием выступил даже Галицкий униатский митрополит А. Шептицкий, порицая действия правительства и отмежевываясь от Римокатолического духовенства. Это послание тоже было конфисковано властями. Церковная печать ограничивалась только духовными проблемами. Никакая информация о текущих событиях не проходила. Все эти безобразия и насилия над Православием происходили в год празднования 950летня Крещения Руси на той самой Хомской земле, куда прежде всего и раньше других земель принес Православие сам святой Князь Владимир. На Волыни церковное управление захватили в свои руки украинские националисты. Митрополит Дионисий тщетно обращался к властям. Он имел свидание с президентом республики в Спало. Разговор продолжался два часа, но никаких результатов не принес. Таким же безуспешным было и посещение митрополитом Дионисием председателя Совета Министров. Не были услышаны и яркие выступления в защиту Православия православных депутатов на Сейме (о. М. Волков, гг. Скрипник и Гоффман). Предложение депутата д-ра С. Барана после его 41-страничного доклада об образовании особой комиссии по рассмотрению положения Православной Церкви даже не было поставлено на голосование. 18 ноября 1938 года был издан т. н. Декрет Президента Республики Об отношении Государства к Польской Православной Церкви, иначе говоря - Внешний Статус, определявший отношения Церкви и государства в Польше, 30 декабря того же года издан Внутренний Статус с рядом положений, охватывающих все стороны церковной жизни в Польше. 6 мая 1939 года была принята новая редакция Устава Духовных Консисторий.
Таким образом, польское правительство, по соглашению с иерархией, опубликовало законы, определяющие устройство Православной Церкви сверху донизу, и сделало ненужным созыв Собора, который как раз и должен был это сделать. Декрет состоял из 85 параграфов и касался тех сторон жизни Православной Церкви, где она входит в соприкосновение с интересами государства. При самом беглом чтении этого Декрета, а особенно Внутреннего Статуса, нетрудно заметить, что Православная Церковь в своем и внешнем, и внутреннем устроении была поставлена в полную зависимость от государственной власти. Ни одно назначение на иерархическую или церковную должность, ни одно перемещение священнослужителей, назначение или увольнение консисторских служащих, не могло быть произведено без санкции со стороны гражданской власти. Официальный язык церковных властей должен был быть польский. Лица, не имевшие польского гражданства, не могли занимать никаких церковных должностей. 9 июня 1939 года в Варшаве под председательством митрополита Дионисия состоялось заседание Научной Комиссии по переводу на польский язык Священного Писания, богослужебных книг, творений святых отцов и вообще религиозной литературы. Новые законы имели конечной целью полную полонизацию Церкви. В коллегии Православного Богословского Отделения Варшавского Университета все симпатизировавшие русским профессора были заменены полонофилами. Состоялась хиротония нового епископа-поляка Тимофея (Шреттера).
И только начавшаяся 1 сентября польско-германская война положила конец этим намерениям польских властей полонизировать Польскую Православную Церковь. В первый же день войны митрополит Дионисий, находившийся на отдыхе в своей вилле, выпустил воззвание, в котором призывал народ к патриотической борьбе с захватчиками. Но Польша не продержалась в этой неравной борьбе и месяца. 2 октября в Варшаву вступили немецкие войска.
Через несколько дней здесь появился и митрополит, а за ним - еп. Тимофей (Шреттер). После раздела Польши между Германией и Советским Союзом на польских землях под немцами было образовано так называемое Генерал-губернаторство. Церковно-общественные представители германской части Польши в целях ликвидации незаконной Автокефалии обратились к архиепископу Берлинскому и Германскому Серафиму (Зарубежная Церковь) с предложением взять на себя управление Варшавской епархией. 10 ноября 1939 года архиепископ Серафим прибыл в Варшаву и был встречен населением города с чувством горячей симпатии.
Однако митрополит Дионисий не пожелал отказаться от автокефалии и от своих прав на Варшавскую епархию. Более того, он предложил архиепископу Серафиму присоединить Германскую епархию к Польской Автокефальной Церкви. Архиепископ Серафим вернулся в Берлин. Но под давлением церковных кругов, требовавших ликвидации незаконной автокефалии, митрополит Дионисий вынужден был написать архиепископу Серафиму письмо с приглашением прибыть в Варшаву, дабы принять в свое ведение и управление ту часть б. Автокефальной Православной Церкви в Польше, которая находится на территории, включенной в область Германских государственных интересов. Сам он покинул Варшаву и уехал опять на свою дачу в Отвоцк. Архиепископ Серафим вторично прибыл в Варшаву и вступил в управление Варшавско-Холмской епархией. На Холмщине, где большинство населения причисляло себя к украинцам, в это время образовалась т. н. Церковная Рада во главе с прот. Иоанном Левчуком. Митрополит Дионисий возвел его в сан протопресвитера с правом благословлять дикирием и трикирием, причем, уже после того, как передал управление Церковью архиепископу Серафиму. Церковная Рада являлась выразительницей желаний украинских националистов, стоявших за автокефалию, как гарантию того, что Польская Церковь не подчинится ни Москве, ни Зарубежному Синоду. Именно Рада настаивала на сохранении за митрополитом Дионисием прав автокефального митрополита. Церковная Рада добилась от германских властей заверения в том, что автокефалия Церкви на территории Польши будет сохранена и что она ни в коем случае не будет подчинена Зарубежному Синоду.
В таких необычайно трудных условиях архиепископу Серафиму удалось произвести целый ряд благоприятных для Церкви мероприятий. Во-первых, он отменил новый стиль в церковной жизни и запретил духовенству бриться и стричься. Благодаря ему на немецкой территории Польши было восстановлено свыше 75 православных храмов, восстановлен ликвидированный поляками Турковицкий женский монастырь. Он организовал Свято-Владимирское Братство, отделения которого должны были быть во всех православных приходах. На Холмщине он восстановил древнее Холмское Рождество-Богородичное Братство. Наконец, было реорганизовано церковное управление: была упразднена ВаршавскоХолмская духовная Консистория, а вместо нее был создан нормальный Епархиальный Совет при правящем епископе. Митрополит Дионисий, между тем, не хотел примириться со своим добровольновынужденным отстранением от управления Церковью. В феврале 1940 года он обратился к архиеп. Серафиму с письмом, в котором настаивал на возвращении ему прежних прав. Архиеп. Серафим согласился и предложил ему принять от него дела по управлению, но митроп. Дионисий, не видя сочувствия в церковном народе, не приехал в Варшаву, однако по-прежнему продолжал вести двойную игру, в которой ему сильно помогали украинские националисты. В итоге митрополит Дионисий действительно был возвращен к управлению Церковью. 23 сентября 1940 года в Кракове его принял сам Генерал-губернатор д-р Франк. В ответ на заявление представителя германской власти о его возвращении к управлению, митроп. Дионисий дал чуть ли не клятву о послушании и верности его германским законам и лично Генерал-губернатору. На следующий день он прибыл в Варшаву и принял от архиеп. Серафима управление Варшавско-Холмской епархией. Возглавляемая им Церковь в оккупированной немцами западной части Польши получила наименование Автокефальная Православная Церковь в Генерал-губернаторстве.
Под давлением украинских националистов начался силовой процесс уже не полонизации, а украинизации. Восстановлена и украинизирована Варшавская Духовная Консистория. Синодальная типография начала печатание на украинском языке богослужебных книг и религиозной литературы. В октябре того же года в г. Холме состоялась хиротония во епископа Холмского известного украинского деятеля и ученого профессора Ивана Ивановича Огиенко, принявшего незадолго до этого монашеский постриг с именем Илариона. В день хиротонии епископ Иларион был возведен в сан архиепископа. Процесс украинизации Хомской епархии пошел предельно интенсивно. В Холме даже открылась украинская Духовная Семинария. В феврале 1941 года во епископа специально образованной для него КраковскоЛемковской епархии поставляется другой известный украинский деятель, архим. Палладий (Видыбида-Руденко). Он тоже в день хиротонии был возведен во архиепископа. После хиротонии архиеп. Палладия высшим церковным органом в Генералгубернаторстве становится Священный Синод, в состав которого входят: митрополит Дионисий, как его председатель, архиеп. Иларион, как его заместитель, и архиеп. Палладий, как секретарь Синода.
Часть Польши, оккупированной советами, в церковном отношении вошла в подчинение Московской Патриархии. Автокефальная Церковь, возглавлявшаяся митрополитом Дионисием, потеряла Волынскую, Виленскую, Полесскую и большую часть Гродненской епархий. Церковное управление на всей оккупированной советами территории Белоруссии вначале возглавил находившийся на покое в Жировицком монастыре архиепископ Пантелеимон (Рожновский). Архиепископ Пантелеимон послал в Патриархию рапорт, прося принять его вместе с духовенством в ее юрисдикцию и назначить его правящим архиереем Пинско-Новогрудской епархии. Просьба была удовлетворена. Кроме того, ему был пожалован бриллиантовый крест для ношения на клобуке и весьма примечательный титул: Экзарх Московской Патриархии (Западной Белоруссии и Западной Украины). Гродненский еп. Савва (Советов), бежавший перед вступлением советских войск в Литву, оставил управление епархией на Духовную Консисторию. В Вильну, присоединенную к Литве, возвратился высланный в свое время из Польши в Ковно митрополит Елевферий (Богоявленский), принявший от архиепископа Феодосия (Феодосьева) управление Литовско-Виленской епархией. Архиеп. Феодосий, который прибыл в Польшу в 1923 году и принял от митроп. Дионисия назначение на Виленскую кафедру, обратился теперь к Московской Патриархии с прошением простить ему невольный его грех отпадения от Церкви и принять в общение. Он был принят в сущем сане, в состоянии на покое. Волынская епархия полностью вошла в состав Патриархии. Для Львовской епархии в Москве был хиротонисан наместник Почаевской Лавры архим. Пантелеимон (Рудык). Экзархом Украины был назначен архиепископ Николай (Ярушевич), который после встречи с архиеп. Алексием (Громадским), архиеп. Полесским Александром (Иноземцевым), викарными епископом Луцким Поликарпом (Сикорским) и епископом Камень-Каширским Антонием (Марценко) принял от них покаяние в грехе автокефалии. Все они были приняты в состав Московской Патриархии.
Летом 1940 года все иерархи Западной Белоруссии и Западной Украины были вызваны в Москву для оформления их присоединения к Московской Патриархии. Архиепископы Феодосий Виленский и Александр Полесский и епископ Луцкий Поликарп (Сикорский) в Москву не поехали. Епископу Поликарпу это однако не помешало неоднократно служить с Экзархом архиеп. Николаем и даже хиротонисать в Луцком соборе во епископа архимандрита Вениамина (Новицкого). Архиеп. Николай одновременно стоял также и во главе новообразованной Лункой епархии, выделенной из Волынской епархии. В июле 1940 года он был назначен также и Экзархом Западной Белоруссии. После кончины в декабре 1940 года в Вильне митрополита Елевферия, на его место был назначен митрополит Сергий (Воскресенский), которому был присвоен титул Митрополита Литовского и Виленского, Экзарха Прибалтики.
Начавшаяся в июне 1941 года война Германии с Советским Союзом в корне изменила положение бывшей Автокефальной Церкви в Польше. Западная Белоруссия и Западная Украина были заняты немецкой армией. Экзарх Западной Украины (к тому времени) митрополит Николай был заблаговременно эвакуирован в тыл и назначен (указом от 15 июля 1941 года) Экзархом всея Украины. Экзаршие обязанности по епархиям западных областей Белоруссии тем же указом были переданы старейшему из наличных там архипастырей. Экзарх Прибалтики митрополит Сергий остался на месте. 28 апреля 1944 года он был убит неизвестными лицами.
Архиепископ Алексий (Громадский), арестованный перед самым приходом немецких войск, чудом остался в живых и принялся за организацию церковной жизни на Больши при немецкой власти. Образовалась так называемая Украинская Автономная Православная Церковь во главе с самим архиепископом Алексием. На происходившем 19 июля 1941 года в Успенской Почаевской Лавре Соборе он был возведен в сан митрополита. К этому времени митроп. Дионисий разошелся с новым митрополитом Алексием и, не имея возможности самому возглавить Церковь на Больши, возвел викария Волынской епархии епископа Поликарпа (Сикорского) в сан архиепископа Луцкого и Ковельского. Намерения митроп. Дионисия не ограничивались Волынью. Основываясь на Томасе Вселенской Патриархии от 1924 года, он рассматривал Польскую Церковь, как правопреемницу древней Киевской Митрополии, что давало ему право организовать и подчинить себе церковную жизнь на всех освобожденных от большевиков землях Больши и Восточной Украины. Он намеревался прибыть в сентябре 1941 года в Почаевскую Лавру на праздник преп. Иова Почаевского, созвать там же Собор православных епископов освобожденных земель Украины и положить основание Украинской Автокефальной Церкви. Однако этим планам не суждено было осуществиться. Воспротивилось германское командование. Оккупационные власти категорически запретили митроп. Дионисию вмешиваться в церковную жизнь на Украине. В этих условиях он своим указом от 24 декабря 1941 года назначает архиепископа Поликарпа (Сикорского) Временным администратором Православной Автокефальной Церкви на освобожденных землях Украины. Новый администратор, совместно с архиеп. Пинским Александром (Иноземцевым) и епископом Брестским Георгием (Коренистовым) возвели в сан епископа Никанора (Абрамовича - 9 февраля 1942 г.) и Игоря (Губу - 10 февраля). Эти иерархи составили Собор украинских епископов, на котором архиеп. Александр и Поликарп были возведены в сан митрополита. Этот же Собор вынес постановление о принятии кающихся священников и диаконов Украинской Автокефальной Церкви, рукоположенных в 1921 году иерархией митрополита Василия (Липковского), в сущем сане.
Митрополит Поликарп и украинские епископы Никанор и Игорь стали поставлять новых епископов. Таким образом на занятых немцами территориях образовались две украинские Церкви: Автокефальная, возглавляемая митрополитом Поликарпом, и Автономная, во главе с митрополитом Алексием (Громадским). Во многих епархиальных центрах были епископы обеих Церквей. Обе юрисдикции были признаны немецкими оккупационными властями. Против митрополита Алексия со стороны националистических украинских кругов, к которым примыкала Автокефальная Церковь, велась усиленная агитация, как против врага Украины. Митрополит Алексий был убит 7 мая 1943 года. Автономную Церковь возглавил старейший по хиротонии Киевский епископ Пантелеимон (Рудык).
В августе 1943 года произошло еще одно зверское убийство: епископа ВладимироВолынского Мануила (Тарновского), принадлежавшего к Автономной Украинской Церкви. Что касается Западной Белоруссии, то и ее Национальный Комитет в Варшаве, и сам митроп. Дионисий считали Белорусскую Церковь по-прежнему состоящей в юрисдикции митрополита Дионисия, лишь временно оторванной от него в 1939 году. Под председательством митроп. Дионисия в Варшаве была создана т. н. Белорусская Церковная Рада. На первом же ее заседании 9 сентября 1941 года было решено возвести на епископские кафедры проживавших в Польше архимандритов Феофана (Протасевича), Филофея (Нарко) и Афанасия (Мартоса), и с разрешения немецких властей это решение было осуществлено. Для закрепления своей власти на оккупированных немцами землях Белоруссии и Украины, митроп. Дионисий 15 июля 1942 года обратился к центральным германским властям с обширным меморандумом, в котором аргументировал свои права на церковное управление этими территориями. Результат был неожиданным: его вызвали к Варшавскому Губернатору Фишеру и взяли подписку о полном невмешательстве в церковные дела на указанных территориях. ...Во время отступления немецких армий в 1943-44 гг. были эвакуированы и православные епископы, как Украинских Автономной и Автокефальной Церквей, так и Белорусской. Они начали прибывать в Варшаву уже осенью 43-го года. Представители Автокефальной Украинской Церкви были встречены митрополитом Дионисием со всем почетом и комфортом. В Вербное воскресенье 1944 года Украинская Автокефальная иерархия преподнесла митрополиту Дионисию титул Патриарха всея Украины, его имя поминали во всех их храмах (в отличие от автономистов). Перед праздником Пасхи того же 1944 года в Варшаве состоялся Собор епископов Украинской Автономной Церкви, который возвел в сан архиепископа управлявшего Киевской епархией епископа Пантелеимона (Рудыка).
Приближение Красной Армии летом 1944 года к Варшаве заставило весь прибывший сюда епископат эвакуироваться вглубь Германии. В последних числах июля Варшаву покинул и митрополиты Дионисий, Поликарп, Иларион вместе с епископатом обеих украинских Церквей. До окончания мировой войны Православная Церковь в Польше управлялась Варшавской Духовной Консисторией во главе с особым администратором в лице протопресвитера Иоанна Коваленко. После войны и образования т. н. свободной "людовой" Польши возвратился в Варшаву и митрополит Дионисий. Он был признан тогдашним новым правительством Польши и допущен к управлению Церковью. Все же, несмотря на то, что новое польское правительство признавало митрополита Дионисия главой Автокефальной православной Церкви, его позиция была весьма непрочной.
В пределах Польши тогда находились епископы Тимофей (Шреттер) и Георгий (Коренистов). В управлении Церковью в новой Польше митрополит Дионисий с самого начала опирался на изданные в 1938 году т. н. Внешний и Внутренний Статусы. В сентябре 1945 года Варшавская Консистория распорядилась возносить за богослужениями имя митрополита Дионисия, как Блаженнейшего митрополита Варшавского и всея Польши.
На первых порах автокефальная деятельность митрополита Дионисия встречала некоторую поддержку властей, и с их одобрения он отказался поехать в Москву по вызову патриарха Алексия. Автокефальный статус Польской Церкви, полученный незаконным образом от Церкви Константинопольской, не был признан Московской Патриархией. Среди православного духовенства и народа все более выявлялось отрицательное отношение как к самому митрополиту, так, главным образом, к Автокефалии Польской Церкви, провозглашенной в 1924 году. Несмотря на то, что новое польское правительство признавало митрополита Дионисия главой Автокефальной православной Церкви, его позиция была весьма непрочной.
В июне 1948 г. в Москву прибыла делегация Польской Церкви во главе с архиепископом Белостокским Тимофеем (Шретером). Делегация просила Патриарха Алексия I о принятии Польской Православной Церкви в общение с Патриархией и о даровании ей канонически правомочной автокефалии. 22 июня 1948 г. Священный Синод удовлетворил ходатайство Польской Православной Церкви. Временно во главе ее был поставлен архиепископ Белостокский и Бельский Тимофей (Шретер).
Покинутый своей паствой и даже им же поставленным епископом-поляком Тимофеем, митрополит Дионисий 22 августа того же года тоже обратился к Московскому патриарху с покаянным письмом, прося не лишать его в дальнейшем литургического общения с Матерью-Церковью Российской. Его прошение тоже было удовлетворено 9 ноября решением патриарха и Синода. Ему был оставлен (в виду исполнившегося 35-летня его служения в епископском сане) сан митрополита, но без присвоенного ему в период автокефалии титула Блаженнейший. Спустя полтора года, 23 февраля 1950 года, Константинопольский патриарх Афинагор обратился к Московскому патриарху с пространным посланием, в котором ходатайствовал об оставлении митрополита Дионисия в числе действующих иерархов Польской Церкви. В ответном послании от 3 июля патриарх Алексий отметил, что как скоро Польская Церковь получила от Москвы законную автокефалию, то теперь Московская Патриархия не может влиять на внутреннюю жизнь этой Церкви.
Между тем, Православная Церковь в Польше все еще управлялась Собором епископов. В его состав входили: архиепископ Белостокский и Бельский Тимофей (председатель Собора), епископ Лодзинский Георгий (член Собора) и епископ Вроцлавский Михаил (членканцлер Собора). Собор епископов определением от 31 января 1951 года образовал еще одну, Гданьско-Штетинскую епархию. 19 апреля 1951 года состоялся новый Собор епископов, специально посвященный вопросу замещения вдовствующей в течение трех лет митрополичьей кафедры Первого Епископа и Главы Церкви. Собор пришел к заключению, что никто из наличных иерархов и из среды духовенства и верующих не может стать в настоящий момент во главе Церкви и решил обратиться за помощью к Москве.
В ответ на новое ходатайство Собора польских епископов в апреле 1951 г. Патриархом Алексием I и Священным Синодом был отпущен в юрисдикцию Польской Церкви архиепископ Львовский и Тернопольский Макарий (Оксиюк), выпускник Варшавского духовного училища, Холмской семинарии и Киевской Духовной Академии, принявший сан священника в 1942 г. и хиротонисанный во епископа в 1945 г. В сане митрополита он стал первым канонически законным предстоятелем Автокефальной Польской Церкви в сане Блаженнейшего Митрополита Варшавского и всей Польши. На этот момент в Польской Церкви, помимо митрополичьей (Варшавско-Бельской), было три епархии: Белостокско-Гданьская (архиеп. Тимофей), Познанско-Лодзинская (еп. Георгий) и Вроцлавско-Штетинская (еп. Стефан). Все четыре епархии насчитывали в своем составе 166 приходов и 2 монастыря: Яблочинский (мужской) и Семятичский (женский). Для подготовки пастырей в Варшаве впоследствии была открыта Духовная Семинария.

* * *

Самочинное введение автокефалии в Польше вызвало резкое осуждение со стороны епископов Русской Зарубежной Церкви. Собор из 12-ти архиереев, состоявшийся в Сремских Карловцах (Югославия), выпустил специальный меморандум, в котором резко осуждал действия митрополита Георгия и единомышленных с ним епископов. От лица Польской Церкви на меморандум ответил епископ Алексий (Громадский), который назвал его анархическим вторжением безответственных заграничных епископов в жизнь Польской Церкви. На почве отрицания зарубежной иерархией права польской иерархии на получение автокефалии от Константинополя возникли трения между митрополитом Георгием и Зарубежным Архиерейским Собором. Митроп. Георгий объявил о прекращении с последним молитвенного общения. Митрополит Дионисий предпринял шаги для восстановления общения. На торжествах интронизации Румынского патриарха он встретился с митрополитом Антонием (Храповицким) и вручил ему письменное выражение сожаления по поводу прежде принятого иерархами Польской Церкви решения о прекращении общения. Тогда же состоялось совместное служение двух митрополитов.

Список литературы

1. Алексий, архиепископ. К истории Православной Церкви в Польше за 10-летнее пребывание во главе Ее Блаженнейшего Дионисия (1922-1933). - Варшава: Синодальная типография, 1937. - 144 с.
2. Беднов В.А. Православная Церковь в Польше и в Литве. - Минск: Лучи Софии, 2002. - 432 с.
3. Биркбек В. Дж. Религиозные преследования в Галиции (Австрийская Польша) / Перевод с англ. С.В. Троицкого. - СПб., 1913. - 69 с.
4. Борщевич В. Т. Автономна православна церква на ВолинЁ. - Луцьк, 1998. - 98 с.
5. Громадский А., священник. Появление и первоначальная история христианства в Польше. Холм: Типо-литография Вайнштейнов, 1910. - 182 с.
6. Киприанович Г.И. Исторический очерк православия, католичества и унии в Белоруссии и Литве с древнейшего до настоящего времени. - Вильно, 1899. - 288 с.
7. Косоноцкий В. Процесс за православные церкви. - Варшава: Украинское Парламентское Представительство, 1930. - 144 с.
8. Попов А.В. Архивное наследие зарубежного православия // Новый журнал - New Review - Нью-Йорк. - 2005 - N 239. - С. 158-173
9. Попов А.В. Российское православное зарубежье: История и источники. С приложением систематической библиографии. - М.: ИПВА, 2005. - 619 с.
10. Свитич А.К. Православная церковь в Польше и её автокефалия. - Буэнос-Айрес: Наша Страна, 1959 - 231 с.
11. Шиленок Д., священник. Из истории Православной Церкви в Белоруссии (1922 - 1939 гг.). - М.: Издательство Крутицкого подворья; Общество любителей церковной истории, 2006. - 218 с.

ДАННЫЕ ОБ АВТОРЕ Русак Владимир Степанович, кандидат богословия, Дес-Плейнс, штат Иллинойс, США

INFORMATION ABOUT THE AUTHOR Vladimir S. Rusak, Candidate of Theology, Des Plaines, the State of Illinois, the USA


Написать комментарий
 Copyright © 2000-2015, РОО "Мир Науки и Культуры". ISSN 1684-9876 Rambler's Top100 Яндекс цитирования