Rambler's Top100 Service
Поиск   
 
Обратите внимание!   Обратите внимание!
 
  Наука >> Литературоведение | Аннотации книг
 Написать комментарий  Добавить новое сообщение
 См. также

Аннотации книгЛеонид Фролов и антигламур или настоящий Поэт сегодня

Трудно быть в России поэтом. Также, впрочем, как трудно быть учителем, врачом, ученым и просто личностью. И, несомненно, не менее трудно быть читателем Я ранен печалью
9.07.2008 23:48 | Русское Зарубежье
     Фролов Л.Г. Я ранен печалью: стихи / Леонид Фролов. - М.: РУСАКИ, 2008. - 254 С.

В России трудно быть поэтом



Быть поэтом - это судьба. Обычно непростая. Знакомьтесь: Леонид Фролов - семьдесят восемь записей в трудовой книжке. Токарь, плотник, грузчик, геолог, рабочий сцены, проводник почтового вагона, лесник, водитель-экспедитор, журналист, воспитатель детского дома...
Все перечислять приключенческая повесть получится.
В этой повести с интригующим сюжетом, куда бы судьба не заносила Леонида Фролова он всегда и везде поэт.
Я читаю его стихи в Америке. Мой дом находится неподалеку от православной церкви. Поэтические строки вызывают во мне ностальгию по России. Так получилось, что его творчество, благодаря старанию зарубежных друзей, волею судеб оказавшихся за пределами России, больше известно русскоязычным читателям в Америке, нежели любителям поэзии на родине поэта.
Каждый пишет, как он слышит, спел Булат Окуджава. Так оно и есть. Исколесив страну вдоль и поперек, с севера на юг, с запада на восток, Леонид Фролов видел и слышал такое, что наполнило его поэзию любовью, болью и состраданием. Он противоречив, но кто сказал, что поэт должен быть однозначен и одномерен? Он задает вопросы, на которые сам не может дать ответа. Но кто сказал, что поэт должен быть самонадеянным всезнайкой? Его мучат грехи он не скрывает этого, испытывая муки совести и душевную боль. Но кто сказал, что поэт должен быть бесчувственным и бесстрастным? Поэту вменяется одно он должен быть искренним.
Это свойство пронизывает красной нитью все творчество Леонида Фролова. Не случайно, здесь, в Америке, читая его стихи, мы, русские люди, заброшенные на чужбину, вновь и вновь мысленно обращаемся к своему далекому Отечеству.
Мне живо вспоминаются: патриархальный и гостеприимный Калязин; высокий берег Волги с видом на остров, где сохранился фундамент монастыря, основанного святым Макарием; знаменитое калязинское чудо - возвышающаяся над речным фарватером белая колокольня, по воле Божьей, не рухнувшая вместе с взорванным храмом. Колокольня, которую омывают волжские волны, как укоризненное напоминание о бесовском времени печальной российской истории тридцатых годах кровавого двадцатого столетия.
И - память сохранила, как сейчас вижу на том высоком берегу маячит на закате августовского дня до глубоких сумерек одинокая фигура. Это бродит поэт. Немного странный по мнению местных бабок. Отлётный - так называют они его за глаза. Как бы не от мира сего. Но вместе с тем любят с ним чаевничать, рассказывая этому чудаку о своем непростом житье-бытье.
Я сказал, что ностальгию порождает поэзия Леонида Фролова. Но не только. Его стихи бывают вызывающе эпатажны и лиричны, грустны и бесшабашно куражливы, в них нам открывается вызывающая мятежность и подкупающая самоирония. Подчас, доведенный до отчаянья грубой и жестокой действительностью, поэт становится дерзким,но тут же другой стих свидетельствует о смирении перед Божественным и Вечным, о духовных исканиях все это так свойственно непредсказуемой и неожиданной русской натуре. И еще одно наблюдение: в его позиции поэта и гражданина, есть смелость не отделять свою судьбу от судьбы своего народа называют они его за глаза. Как бы не от мира сего. Но вместе с тем любят с ним чаевничать, рассказывая этому чудаку о своем непростом житье-бытье.
Среди многочисленных записей в его трудовой книжке, есть одна, которую следовало бы поставить особняком, ибо она дорогого стоит. Без малого десять лет он и его жена - удивительная женщина! работали круглосуточными воспитателями московского детского дома N 19. Их сердца вместили судьбы более чем двухсот детей сирот. И до сих пор их воспитанники, уже повзрослевшие, обращаются к ним не иначе, как папа Лёня и мама Люда. Нужны комментарии? Полагаю, они излишни.
Я сказал, что ностальгию порождает поэзия Леонида Фролова. Но не только. Его стихи бывают вызывающе эпатажны и лиричны, грустны и бесшабашно куражливы, в них нам открывается вызывающая мятежность и подкупающая самоирония. Подчас, доведенный до отчаянья грубой и жестокой действительностью, поэт становится дерзким, но тут же другой стих свидетельствует о смирении перед Божественным и Вечным, о духовных исканиях все это так свойственно непредсказуемой и неожиданной русской натуре. И еще одно наблюдение: в его позиции - поэта и гражданина, есть смелость не отделять свою судьбу от судьбы своего народа - это традиционный путь каждого мыслящего русского человека.
Трудно быть в России поэтом. Также, впрочем, как трудно быть учителем, врачом, ученым и просто - личностью. И, несомненно, не менее трудно быть читателем. Бедный российский читатель задавлен горами - выше Эвереста - бессмысленной макулатуры, издатели топят его в океане - глубже Атлантического - печатной коммерческой глупости. Ведь не зря же говорят: кто печатает книги - на самом деле печатает деньги. Вот, кстати, еще и потому трудно быть поэтом в России, что поэзия и коммерция суть не совместимые понятия.
Для думающего читателя встреча с самобытным поэтом крайне осложнена в российских условиях. Но так же и самобытному поэту весьма непросто встретиться с думающим читателем. Я надеюсь, что выход в свет этой книги, поможет такой встрече состояться.

Владимир Русак, Сан-Диего, США


Написать комментарий
 Copyright © 2000-2015, РОО "Мир Науки и Культуры". ISSN 1684-9876 Rambler's Top100 Яндекс цитирования