Rambler's Top100 Service
Поиск   
 
Обратите внимание!   Обратите внимание!
 
  Наука >> История >> Отечественная история >> История Русской Православной Церкви | Диссертации
 Посмотреть комментарии[2]  Добавить новое сообщение
 См. также

СообщениеПравославие и Православная церковь в Японии и Корее: краткий библиографический указатель

СообщениеРусская Православная Церковь на Американском континенте: историография и источники

Популярные статьиКитайская Православная Церковь на пути к автономии

Популярные заметкиИз истории Подворья Русской Православной Церкви в Японии

Аннотации книгРоссийское православие за рубежом: Библиографический указатель литературы и источников

Научные статьиИстория российского православного зарубежья

Популярные статьиИз истории Русской Православной Церкви на Дальнем Востоке (Китае, Корее и Японии)

Научные статьиПравославие в Китае в ХХ веке

Аннотации книгПопов А. В. Российское православное зарубежье: история и источники

Обзорные статьиБиблиотеки и библиотечные собрания Православной Церкви за рубежом

Аннотации книгНовое исследование по истории российского православного зарубежья

Научные статьиРусская духовная миссия в Японии и ее кафедральный собор в Токио

Научные статьиДокументы архива Министерства иностранных дел по истории русских православных миссий за границей

Научные статьиАрхив Архиерейского Синода Русской Православной церкви за границей в ГАРФ. (Опыт архивного обзора)

Научные статьиРоссия на Дальнем Востоке: новая градостроительная концепция и православные храмы

Научные статьиРусское религиозное искусство конца XIX - начала ХХ века и православные храмы в Русском Зарубежье

Обзорные статьиРусское зарубежье в интернете

Научные статьиРусская архитектура и градостроительство в Северо-Восточной Азии в ХХ в.:векторы взаимовлияний

ДиссертацииРусская Православная Миссия в Китае

Научные статьиОтношения православных с инославными в миссионерской деятельности архиепископа Японского Николая

Равноапостольный Николай Японский Православная церковь в Японии
12.11.2002 18:17 | Русское Зарубежье
     Саблина Э.Б. Православная церковь в Японии в конце XIX-XX вв. и её основатель Святитель Николай. Автореферат на соискание учёной степени кандидата исторических наук. М.: МГУ, Институт стран Азии и Африки. 2000. 23 С.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Объект исследования.
Диссертация посвящена истории Японской Православной Церкви и её месту в истории Японии от проникновения православия и основания православной духовной миссии в стране в 1870 г. до настоящего времени. Эта проблема мало изучена в отечественной и мировой науке. В диссертации предпринята попытка развёрнутого исследования православия в Японии.
Предмет исследования. Предметом исследования является духовная, социальная, культурная и образовательная роль православия в Японии, его вклад в историю духовного просвещения и духовной культуры Японии, его роль в развитии российско-японских отношений. История православия, в том числе за пределами России, многие десятилетия почти полностью остававшаяся за рамками научных исследований, в последние годы стала одним из важных направлений отечественной историографии, переживающей процесс коренной перестройки. Изучение истории православия, наконец-то, стало неотъемлемой частью изучения истории России. И здесь перед исследователем открываются поистине безграничные возможности для работы, обусловленные обилием исторических материалов и документов и явным недостатком исследований в данной области, выполненных на современном уровне развития историографии.
История православия в Японии во второй половине XIX-XX в.в. связана прежде всего с деятельностью Святого Равноапостольного Николая Японского (в миру Ивана Дмитриевича Касаткина), прошедшего путь от иеромонаха до архиепископа. Этим объясняется выбор хронологических рамок исследования от прибытия иеромонаха (будущего архиепископа) Николая в Японию в 1861 г. и основания там Русской Православной Миссии в 1870 г. до настоящего времени. Многогранная деятельность Архиепископа Николая и его учеников и последователей заслуживает изучения сразу по многим причинам. Апостол Японии Архиепископ Николай посеял семена православия в далёкой стране, где преследовали христиан, и сумел утвердить его в ней, став одной из наиболее почитаемых фигур в церковной истории России XIX-XX в.в. Как гуманист и просветитель. Архиепископ Николай внёс уникальный вклад в развитие российско-японских отношений особенно в области образования и культуры, своими многообразными трудами содействуя духовному сближению двух народов столь разных цивилизаций и культур.
Архиепископ Николай по праву считается одним из первых русских японоведов-профессионалов, научное наследие которого далеко выходит за рамки строго церковной деятельности. Архиепископ Николай показал выдающийся пример успешной миссионерской и катехизаторской деятельности в среде, индифферентной, а подчас и открыто враждебной, православию и христианству в целом. Прожив в Японии полвека, он не только глубоко изучил историю, культуру, быт и нравы этой страны, но и стал заметной фигурой её духовного и религиозного мира. Миссионер-гигант, так называли Николая инославные миссионеры, трудившиеся на Японских островах одновременно с ним. Особое значение имеет деятельность Архиепископа Николая и его учеников по переводу на японский язык и распространению в Японии книг Священного Писания и богослужебной литературы. В числе помощников и учеников Архиепископа Николая было немало выдающихся людей, среди которых архимандрит Сергий (Страгородский), будущий митрополит, Патриарший Местоблюститель и Патриарх Московский и Всея Руси, и епископ Сергий (Тихомиров), ректор Санкт-Петербургской духовной академии, позднее ставший митрополитом и главой Японской Православной Церкви. После кончины Архиепископа Николая Японская Православная Церковь уже не играла такой заметной роли в духовной и религиозной жизни страны, однако это ни в коей мере не означает, что она утратила своё значение. Усилиями учеников и последователей Архиепископа Николая православие в Японии сохранилось и существовало в условиях исторического отрыва от Матери-Церкви, переживавшей период сосуществования с советской властью и её политикой государственного атеизма, ксенофобской и антихристианской политики японских властей в 1930-1940 гг., а затем антирусской политики периода американской оккупации. Несмотря на все эти трудности. Японская Православная Церковь сохранилась как полноценная конфессия, продолжавшая духовно окормлять не только православных японцев нескольких поколений, но и русскую диаспору в Японии, появившуюся после революции 1917 г и гражданской войны. Вклад Японской Православной Церкви в развитие российско-японских отношений, высоко оцененный рядом видных японских учёных и общественных деятелей, требует адекватного изучения и осмысления в России.
Основные направления исследования можно определить следующим образом:
1) история Японской Православной Церкви и её место в истории Японии;
2) миссионерская, просветительская и кагехизаторская деятельность Архиепископа Николая, его учеников и последователей;
3) современное состояние японского православия, его связь с традициями прошлого и роль в современной духовной и культурной жизни японского общества;
4) роль и место Японской Православной Церкви в истории российско-японских отношений. Актуальность темы. Научная актуальность темы диссертации обусловлена несколькими факторами. Во-первых, проблема диалога культур Запада и Востока в течение последних десятилетий привлекает к себе внимание всё большего числа учёных различных отраслей гуманитарной науки.
Во-вторых, актуальность темы диссертации обусловлена как повышенным интересом к истории православной церкви в российском обществе в целом, так и новым подъёмом её просветительской, миссионерской и катехизаторской деятельности, в том числе, в неправославной среде. Третьим моментом, подчёркивающим актуальность темы, является вступление российско-японских отношений в новую стадию развития, в которой духовные, культурные и интеллектуальные контакты начинают играть не меньшую роль, чем политические и экономические. Опыт Архиепископа Николая и его учеников может оказаться в этом отношении весьма поучительным. Актуальность темы исследования в настоящий момент определяется как её малоизученностью, так и неразработанностью документального и фактического материала, значительная часть которого до настоящего времени оставалась и остаётся недоступной исследователям. Многие материалы по истории Японской Православной Церкви были утрачены в ходе драматических событий XX в., поэтому скорейшее введение сохранившихся в научный оборот представляется особенно важным и необходимым. Актуальность темы исследования определяется также тем, что Японская Православная Церковь, православная традиция и православная духовная культура являются живым феноменом, продолжая оказывать определённое воздействие на духовную, культурную и социальную жизнь Японии, так что эта проблема представляет не только академический интерес.
Научная новизна исследования. Мировая ориенталистика неоднократно обращалась к проблеме восприятия Востока католическими и протестантскими миссионерами. Наиболее фундаментальными исследованиями являются A History of Christianity in Japan (1909) (История христианства в Японии) О. Кэри и Protestant beginnings in Japan (1959) (Начало протестантизма в Японии) Т.Винберна.Применитель-но же к православию эта проблематика практически не изучалась. До настоящего времени ни в России, ни за её пределами не существует ни одного комплексного исследования по истории православия в Японии, что делает настоящую работу при всех её недостатках новаторской. Во-первых, история Японской Православной Церкви на протяжении многих десятилетий фактически была под запретом для российских учёных-историков. Следует признать, что японские историки (Ё. Накамура, К. Накамура, М. Наганава и др.) добились в этой области гораздо больших успехов. Во-вторых, авторы в своих работах исследовали, главным образом, жизнь и труды Архиепископа Николая персонально, не уделяя должного внимания таким важным аспектам, как связь его работы с миссионерской деятельностью Русской Православной Церкви в целом или значение его деятельности в качестве одного из первых русских учёных-японоведов. В-третьих, совершенно неисследованной остаётся история Японской Православной Церкви после кончины Архиепископа Николая и, особенно, после русской революции 1917 г. В диссертации впервые делается попытка комплексного исследования истории Японской Православной Церкви на основе учёта достижений различных научных дисциплин, которые до того ни разу не был сведены воедино. Автор использовал наработки и материалы официальной церковной истории (ранее фактически игнорировавшиеся представителями отечественной академической историографии), истории духовной жизни, культуры и общественной мысли Японии, истории российско-японских отношений. Научная новизна работы, главным образом, обусловлена полевыми исследованиями автора, лично посетившего почти все существующие на территории Японии в настоящее время православные храмы, взявшего интервью у их священников и прихожан и составившего по итогам поездок коллекцию документов и фотоматериалов. Такая работа в истории отечественного японоведения проделана впервые. Перечень храмов и интервьюируемых приведён в приложении к диссертации. Кроме того научная новизна настоящего исследования в значительной степени обусловлена его источниковой и историографической базой. В научный оборот отечественного японоведения, востоковедения и исторической науки в целом впервые вводится обширный корпус письменных и изобразительных источников по истории православия в Японии, принадлежащих Японской Православной Церкви и частным лицам. Эти материалы до настоящего времени не были введены в научный оборот, оставаясь не только недоступными, но и просто неизвестными исследователям, в том числе и японским. Например, автору, по благословению покойного Архиепископа Токийского и Митрополита веся Японии Феодосия (Нагасима), были впервые предоставлены для ознакомления и использования в диссертации документы Японской Православной Церкви, предназначенные только для узкого круга официальных лиц (ежегодные отчёты и статистические данные Соборов). Диссертант с максимальной полнотой использовал опубликованные материалы по теме исследования, которые, будучи формально доступны для изучения, никогда не были сведены воедино и оставались невостребованными и непрочитанными на протяжении, многих десятилетий. В первую очередь это относится к научному и литературному наследию Архиепископа Николая и к мемуарной литературе о нём. Ряд опубликованных материалов, прежде всего изданных в Японии на русском и японском языках, принадлежит к числу исключительно редких, порой сохранившихся в считанном количестве экземпляров и отсутствующих даже в крупнейших архивах и книгохранилищах России. Содержание собранных материалов во многих случаях выходит за рамки настоящей работы и может быть использовано для дальнейших исследований по указанной проблематике. Цель и задачи исследования Основная цель настоящего исследования показать историю распространения православия в Японии и главные вехи становления и развития Японской Православной Церкви. Поскольку рассматриваемая проблематика исключительно обширна и многоаспектна, затрагивает целый комплекс исторических, религиозных, культурологических, политических и даже психологических проблем, в диссертации были поставлены следующие конкретные задачи. 1. Основываясь преимущественно на дневниках Архиепископа Николая, дневниках и воспоминаниях его современников, а также на архивных документах, проследить процесс распространения православия в Японии - от основания там в 1870 г. духовной миссии до последнего по времени Поместного Собора Японской Православной Церкви в июле 2000 г. 2. Воссоздать картину деятельности Японской Православной Церкви во всей возможной её полноте, включая миссионерскую, катехизагорскую, культурную, педагогически-просветительскую, а также издательскую и административную работу. 3. Дал комплексный анализ деятельности Архиепископа Николая как миссионера, просветителя и учёного-японоведа, основателя православной духовной традиции и православной культуры в Японии. 4. Оценить роль православия и лично Архиепископа Николая в социальной, духовной и культурной жизни Японии конца XIX-XX в.в., то есть поместить её в общекультурный контекст. 5. Наметить основные направления дальнейших исследований по данной и смежной проблематике с учётом методологии и результатов проделанной работы. Методология В основу методологии исследования положен комплексный подход, являющийся наиболее адекватным тем целям и задачам, которые поставлены в диссертации. Учитывая многоаспектный характер такого феномена как история православия и Русской Православной Церкви в Японии, диссертант использовал материал и инструментарий таких дисциплин, как история Русской Православной Церкви, история общественной, духовной и культурной жизни Японии соответствующего периода, история российско-японских отношений, сравнительная культурология и социальная психология. Научная значимость исследования определяется важностью анализируемых в нём процессов и феноменов не только с чисто академической точки зрения, но и в свете общих вопросов исторического познания и осмысления прошлого, что до сих пор служит предметом дискуссий как в Японии, так и в России. Данный в диссертации анализ истории Японской Православной Церкви во второй половине XIX-XX вв. может иметь научное значение в следующих аспектах. Первый аспект теоретический. В диссертации показана не только возможность, но и необходимость новых подходов к изучению и осмыслению исторических явлений, которые по ряду причин как правило, не академичесюо-го, а сугубо политического или идеологического характера остаются неизученными в достаточной мере, а порой превратно истолкованными.
Основой подобного изучения и переосмысления является историзм, понимаемый как стремление найти наиболее адекватное рассматриваемой эпохе понимание сущности явлений, а не следование тем или иным идеологическим или историографическим догмам и схемам. Диссертант вносит посильный вклад в исследование таких комплексных проблем, как история распространения православия и миссионерская деятельность Русской Православной Церкви за пределами России, место православия в религиозной жизни Японии, многоликой по своему характеру культуры и цивилизации, социальная, духовная и просветительская роль православия и Русской Православной Церкви, что является в настоящее время предметом оживлённых дискуссий. Второй аспект методологический. Анализируя религиозные, духовные, культурные и социальные феномены, диссертант стремился максимально воздерживаться от оценки тех или иных явлений по принципу хорошо/плохо или правильно/неправильно. Воздействие идеологических схем вне зависимости от их происхождения и ориентации оказывает негативное воздействие на историческую науку и объективно искажает историческое знание о прошлом. Практическая значимость исследования определяется тем, что оно посвящено проблемам новой и новейшей истории Японии и российско-японских отношений, а также проблемам истории Японской Православной Церкви, которые до настоящего времени недостаточно исследованы в отечественной и мировой науке и нуждаются в изучении. Диссертация может иметь практическое значение в следующих аспектах. Первый аспект научно-познавательный. Материал, отдельные положения и выводы диссертации могут быть использованы при чтении общих и специальных курсов лекций по истории Японии и японской культуры, истории российско-японских отношений, истории Русской Православной Церкви, при написании курсовых и дипломных работ в рамках учебных курсов, подготовке учебников, учебных пособий, статей и монографических исследований. Второй аспект прикладной. Опыт педагогическо-просветительской, научной, миссионерской, организаторской работы Архиепископа Николая и его учеников и последователей, по мнению диссертанта, заслуживает изучения и использования в современной системе как духовного, так и светского образования. Апробация работы Диссертация выполнена во время пребывания на научной стажировке в Университете Кэйо (Япония, Токио), обсуждена и рекомендована к защите на кафедре истории стран Дальнего Востока и Юго-Восточной Азии Института стран Азии и Африки при МГУ им. Ломоносова. Диссертация является итогом длительной интенсивной работы автора в области изучения религиозной, духовной и культурной жизни Японии, а также истории российско-японских отношений. Основные положения и выводы диссертации были отражены в форме публикаций в научных журналах, лекционных курсов, прочитанных в Университете Кэйо и Иокогамском Государственном Университете (Япония), выступлений на семинарах, симпозиумах и конференциях. Они также были использованы российскими и японскими специалистами при публикации документальных материалов, подготовке и чтении курсов лекций, написании учебных пособий и исследовательских работ.

Структура работы

Диссертация состоит из введения, историографического очерка и пяти глав (Религиозная ситуация в Японии и начало распространения православия, Становление Японской Православной Церкви, Японская Православная Церковь во время русско-японской войны 1904-1905 гг., Никорай-до центр японского православия, Приходы и храмы Японии (по материалам полевых исследований)), заключения, библиографии и приложений.
СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ. Во введении обосновывается выбор темы и её актуальность; определяются предмет, метод и задачи исследования, его хронологические рамки; показывается степень изученности проблематики, новизна авторского подхода; описывается структура работы и содержится информация об апробации диссертации. В историографическом очерке даётся источниковый и историографический анализ использованных в диссертации материалов.
Основным источником диссертации, предопределившим её тему, послужили дневники Архиепископа Николая, которые он вёл на протяжении большей части своей жизни. В настоящее время в Японии осуществляется их первая полная, научно подготовленная и тщательно комментированная публикация под редакцией виднейших специалистов по истории русской культуры и русского православия М. Наганава, Ё. Накамура, К. Накамура и Р. Ясуи. Первый том, содержащий записи за 1870-1876, 1879-1882, 1903-1905 гг., опубликован в 1994 г. издательством Университета Хоккайдо, второй том в настоящее время готовится к печати. Часть записей за 1903 г. была ранее опубликована отдельным изданием в Санкт-Петербурге в 1991 г. под заглавием Япония накануне и во время войны с Россией глазами Святого Равноапостольного Николая Японского (вышел только первый выпуск). Кроме того, источниковедческую базу диссертации составляют труды Архиепископа Николая, ставшего первым исследователем и историографом православия в Японии. К ним относятся публиковавшиеся в Церковных ведомостях ежегодные отчёты Святейшему Синоду; доклад министерству иностранных дел Япония. Докладная записка иеромонаха Николая директору Азиатского Департамента П.Н. Стремоухову. 1869; очерк Япония с точки зрения христианской миссии (1869); Рапорт начальника Российской Духовной Миссии в Японии архимандрита Николая совету Православного Миссионерского Общества (1879 г.); Письмо к митрополиту Московскому Иннокентию (Русский вестник, 1869); Письмо к преосвященному Вениамину, епископу Камчатскому, о состоянии японской миссии (Странник, 884) и другие. Японоведческое, литературное и научное, наследие Архиепископа Николая, прежде всего его статьи в различных периодических изданиях (составленная диссертантом библиография этих работ включена в приложение к диссертации), до сих пор не собрано воедино. Между тем, оно, несомненно, является важной страницей в истории российского японоведения периода его становления в качестве самостоятельной научной дисциплины. Помимо информативности, объективности и высокой достоверности, сочинения Архиепископа Николая отличаются несомненными литературными достоинствами; научно подготовленное, комментированное переиздание его избранных работ принесло бы немалую пользу отечественному японоведению. В диссертации впервые вводится в научный оборот ряд писем как самого Архиепископа Николая (письма к священнику Иоанну Оно, переводчику Исааку Кимура), так и адресованных ему (письма от родственников: младшего брата Василия, внучатого племянника Александра Куницкого, епископа Можайского Василия, письма от русских военнопленных), которые хранятся в библиотеке Никорай-до и в различных частных архивах Японии. Диссертация является итогом многолетних полевых исследований автора, проводившихся с интервалами на протяжении почти двадцати лет и особенно активно в максимально благоприятных условиях с ноября 1996 г. по настоящее время. Благодаря неизменной помощи и вниманию со стороны Японской Православной Церкви, диссертант, идя маршрутом Архиепископа Николая, посетил и осмотрел 27 православных храмов в 10 префектурах, включая Хоккайдо на севере и район Кансай на юге Японии, ознакомился с хранящимися в них реликвиями, историческими материалами и документами, взял интервью у священников, церковных старост и прихожан, в общей сложности, у 60 человек. Ценность собранного материала, включая аудио- и фотоматериалы, может быть определена тем, что подобное исследование проводилось впервые в отечественном и мировом японоведении. Именно в ходе этих исследований были выявлены и использованы в работе многие документальные материалы, которые до настоящего времени оставались недоступными или неизвестными исследователям. Собранные диссертантом материалы могут быть использованы в будущих работах по данной проблематике. Среди источников, использованных в диссертации, необходимо отметить документы, в том числе служебного характера, из архивов Японской Православной Церкви, закрытые для японских и иностранных исследователей. К ним, в частности, относятся материалы церковных Соборов. По благословению покойного Архиепископа Токийского и Митрополита всея Японии Феодосия (Нагасима) диссертант получил возможность ознакомиться с этими документами и использовать их в работе. В более широком плане это относится к различным документальным материалам по истории православной миссии и православных церквей в Японии, хранящимся как в церковных архивах, так и в частных собраниях. Особую группу источников составляют периодические издания Японской Православной Церкви.
Архиепископ Николай также был и создателем православной периодики и православного книгоиздания в Японии. Наибольшего внимания заслуживает существующий с ноября 1912 г. до настоящего времени официальный журнал Японской Православной Церкви Сэйкё дзихо (Православный бюллетень), ранее называвшийся Сэйкё симпо (Православный вестник) и выходивший с декабря 1880 г. по ноябрь 1912 г., а также Никорай-до даёри (Новости Никорай-до), издающийся с 1987 г., и аналогичные издания различных церквей. Помимо официальных этот журнал периодически публикует и исторические материалы. Среди довольно многочисленных свидетельств современников об Архиепископе Николае и японском православии его времени следует особо отметить записки архимандрита Сергия (Страгородского) На Дальнем Востоке (Арзамас, 1897) и По Японии. (Записки миссионера) (1899; 1903); вторая книга была переиздана в Москве, в 1997 г., а также путевые заметки и впечатления от объезда церквей епископа Сергия (Тихомирова) Месяц по Японии. Путевые заметки и впечатления. (СПб., 1909) и его очерк Освящение Воскресенского кафедрального собора в Токио (Токио, 1930) о восстановлении Никорай-до после Великого землетрясения Канто. Этот очерк впервые вводится в научный оборот. Кроме того ценный фактический материал представляют дневники помощников Архиепископа Николая, служивших с ним в Японии иеромонахов Анатолия (Тихая) и Андроника (Никольского). Деятельность Архиепископа Николая регулярно, хотя и не столь часто, освещалась в русской периодической печати, как в церковной (Церковные ведомости (1896,1905,1906,1909, 1910), Церковный вестник (1892), Богословский вестник (1881), Миссионерское обозрение (1910), Миссионер (1874), Христианское чтение (1876), Странник (1896) и другие), так и в популярных светских газетах и журналах (Нива (1905), Исторический вестник (1878), Русские ведомости (1879), Северная пчела (1880), Московские ведомости (1867). Кончина Архиепископа Николая вызвала многочисленные отклики прессы в виде некрологов, воспоминаний и биографических очерков. В этих текстах немало повторов, но некоторые из них были написаны людьми, лично знавшими покойного Архиепископа, и представляли собой мемуарные свидетельства о нём, а потому могут быть в равной степени отнесены и к источникам, и к исследовательской литературе. Таковы, например, работы Д.М. Позднеева Архиепископ Николай Японский. Воспоминания и характеристика (СПб., 1912) и С.В. Недачина Православная церковь в Японии (СПб., 1911). История Японской Православной Церкви в их работах сводилась прежде всего к трудам Архиепископа Николая, но не ограничивалась ими. Авторы этих работ не располагали многими архивными документами, только сейчас опубликованными или вводимыми в научный оборот, но имели возможность получать информацию непосредственно от участников событий, прежде всего самого Архиепископа Николая.
Что касается работ иностранных авторов этого периода, то здесь заслуживает внимания классический труд встречавшегося с Архиепископом Николаем О.Сагу A History of Christianity in Japan (1909), переизданный в Токио, в 1976 г. В книге имеется глава о распространении православия и деятельности православной церкви. После 1917 г. в изучении истории Японской Православной Церкви наступил длительный перерыв, а немногочисленные публикации о ней, появлявшиеся в то время в советской печати, в соответствии с духом времени, имели подчёркнуто разоблачительный характер, вроде статьи Б. Кандидова под типичным заглавием Японская православная церковь на службе русского и японского империализма (журнал Антирелигиозник, 1932, 11-12). Не поощрялось изучение православия и в самой Японии: в довоенные годы под воздействием радикально-националистических, в послевоенные годы под влиянием марксистских и коммунистических идей. Перелом наступил только к концу 1960-х г.г., что было связано с подготовкой к канонизации Архиепископа Николая Русской Православной Церковью и к дарованию автономии Японской Православной Церкви в 1970 г. Однако здесь долгое время уверенно лидировали японские учёные, поскольку для советской академической науки история православия в Японии, фактически, оставалась запретной темой до конца 1980-х г.г. Единственной заслуживающей внимания отечественной работой того периода является статья Архиепископа Минского и Белорусского Антония (Мельникова) Святой Равноапостольный Архиепископ Николай Японский в официальном издании Русской Православной Церкви Богословские труды (выпуск XVI, 1976), имевшем крайне ограниченное распространение. В то же время в Японии появились такие работы, как книги протоиерея Прокла (Ясуо) Усимару Мэйдзи бунка то Никорай (Культура Мэйдзи и Николай) (Токио, 1969) и Нихон сэйкё си (История православия в Японии) (Токио, 1978), К. Накамура Никорай-но мига бакумацу нихон (Япония периода Бакумацу тазами Николая) (Токио, 1979) и Дэнкёси никораи то мэйдзи нихон (Япония периода Мэйдзи и Николай (Токио, 1996), М Наганава Люди храма Ниюорай-до (Токио, 1989) и другие. В книге М. Наганава даётся подробная хронология деятельности японской православной общины до 1978 г. включительно, на основе которой можно реконструировать состояние Японской Православной Церкви в наши дни. Авторы этих работ, ведущие специалисты в области истории русской культуры, японского православия и российско-японских отношений, сумели воссоздать в своих работах цельную картину истории Японской Православной Церкви и, что особенно важно, жизни японской православной общины, которая до сих пор остаётся недостаточно изученной. Им принадлежит наиболее полное описание исторических условий деятельности Российской Духовной Миссии в Японии. Следует отметить и роль ежеквартального журнала Мадо (Окно) , выпускаемого токийской книгоиздательской и книготорговой фирмой Наука, который регулярно публикует материалы и исследования по истории православия в Японии. С конца 1980-х годов история православия привлекает всё большее внимание российских учёных. Прежде всего необходимо отметить многолетний кропотливый труд К.И. Логачёва и Л.Н. Логачёвой по расшифровке и подготовке к печати дневников Архиепископа Николая, положенный в основу указанного выше японского издания. Содержательные историографические работы о православии в Японии, жизни и деятельности Архиепископа Николая опубликовали в последние годы Г.Д. Иванова Жизнь и деятельность святителя Николая Японского, Л. В. Зенина Японские учёные о Российской Духовной Миссии в Японии, А Н. Хохлов Роль Токийской православной семинарии в подготовке переводчиков-японистов и другие. Эти статьи помещены в посвящённом памяти Архиепископа Николая втором выпуске сборника Православие на Дальнем Востоке (СПб., 1996), ставшим итогом сотрудничества Санкт-Петербургского Государственного Университета и Санкт-Петербургской Духовной Академии. Сборник был высоко оценен одним из ведущих российских японоведов В.И. Гореглядом (Восток, 1998, 6). Это издание имеет особое значение ещё и потому, что в нём приняли участие не только российские, но и японские учёные. В Японии сотрудничество историков двух стран представлено деятельностью научного общества Русские в Японии, занимающегося, главным образом, историей русской диаспоры на Дальнем Востоке, но уделяющего немало внимания и истории православия в Японии. По мнению диссертанта, члена этого общества, будущее в изучении истории Японской Православной Церкви принадлежит именно совместным усилиям российских и японских учёных. Следует отметить, что в последнее время жизнь и труды Архиепископа Николая привлекают всё большее внимание не только учёных-историков, но и писателей и журналистов. Статьи об истории православия в Японии публикуются не только в академических, но и в массовых периодических изданиях (Московский журнал, Япония сегодня и другие), однако их научный и фактографический уровень нередко оставляют желать лучшего.
В первой главе Религиозная ситуация в Японии и начало распространения православия даётся характеристика внутренней ситуации и религиозной жизни Японии с точки зрения их влияния на процесс распространения там православия. После насильственного открытия в 1853-1854 г.г. перед Японией возникла перспектива разделить участь стран Азии, оказавшихся неспособными ответить на вызов Запада и обретших судьбу колоний и полуколоний. Однако Японии удалось провести коренные социально-экономические преобразования и избежать этой участи. События 1868-1869 гг., известные как реставрация Мэйдзи, открыли Японии путь капиталистического развития и ускоренной модернизации, радикально изменили структуру японского общества и определили дальнейший путь развития страны. Японцам, чтобы сохранить себя как независимую нацию, предстояло в кратчайшие сроки овладеть достижениями европейцев не только в сфере техники и технологии, но и в строительстве современного государства. Это предполагало освоение новых политических, экономических, социальных и иных идей, непривычных, а то и чуждых японскому сознанию. Реорганизация общества происходила на базе новой идеологии. Западные идеи демократия, либерализм, права личности и свобода индивидуума вступили в противоречие с конфуцианскими правилами подчинения старшим, социальной структурой с сёгуном на вершине социальной пирамиды и массами людей у её основания. Христианство было религией Запада, и считалось, что оно поможет Японии быть принятой в число цивилизованных стран. В 1871 г. правительство Мэйдзи провозгласило курс на просвещённую цивилизацию (буммэй каика), направленный на преодоление феодальной отсталости страны и всестороннее преобразование японского общества по современному европейскому образцу. Западный мир, в том числе и Россия, были учителями Японии. Японское правительство наняло целую армию специалистов для каждой отрасли знаний. Тогдашние власти Японии классифицировали страны по пяти категориям: цивилизованные, просвещённые, полупросвещённые, нецивилизованные и варварские. Россия по этой классификации была отнесена ко второй группе, так как практика показывала, что в освоении новейшей технологии, создании новой армии, системы народного образования, новых политических структур Россия не могла предоставить Японии таких уроков, как Англия, Франция или Америка. Но если Россия не смогла стать для Японии таким учителем, как страны Запада, то в сфере культуры, включая литературу, театр, музыку, а также общественную мысль и религию, она оказала на неё огромное влияние. Конкретным примером этого влияния является существование Японской Православной Церкви, основанной русским миссионером иеромонахом Николаем (Касаткиным). В годы модернизации японцы превратились в неутомимых, активных людей, движимых новыми импульсами и сильными амбициями. Свобода и самостоятельность японского народного духа, японская национальная гордость, значительный уровень умственного развития и вместе с тем свежесть и бодрость народа служили двигателями прогресса в Японии. Этот эмоциональный подъём, явившийся определённым вкладом в моральные и интеллектуальные способности нации, можно отнести к четвёртому аспекту. Миграция населения, новая наука и образование, развитие торговли создали сложные этические проблемы. Пятым аспектом изменений стала несостоятельность существующих религий и этических принципов. Синто, буддизм и конфуцианство, в равной степени, играли важную роль в аграрной Японии периода феодального правления Токугава. Реставрация императорской власти и вызванные этим изменения раскрыли новые области человеческих отношений, повлекли за собой необходимость адаптации к ним части национальных религий. Особенности религиозной жизни, превалировавшей в описываемый период, уходят корнями в историческое прошлое японцев. В Японии никогда не существовало единой религиозной организации, подчиняющей и контролирующей всю жизнь человека. Многообразие и толерантность до сих пор остаются важнейшими особенностями японской религиозной жизни. Синто, буддизм и конфуцианство гармонично сосуществовали в Японии, что благоприятствовало синтезу заимствованных религиозных и философских систем и местных религиозных обычаев и верований. Многовековое гармоничное сосуществование синто, буддизма и конфуцианства явилось результатом присущей японцам адаптивности их мировосприятия. Религиозный плюрализм как характерная черта духовной жизни Японии оказался одним из благоприятных условий для проникновения в страну христианства в середине XVI в. Это был начальный период национальной консолидации и объединения японского государства, по времени совпавший с эпохой Великих географических открытий. В Японию устремились торговцы и миссионеры: в 1542 г. португальцы, 1584 г. испанцы и в 1600 г. голландцы. Первым активную проповедь христианства среди японцев начал иезуит Франциск Ксавье, который с небольшой миссией прибыл в 1549 г. в Кагосима, центр княжества Сацума на юге острова Кюсю. Главными причинами первоначального успеха христианства в Японии в XVI в. стало то, что Франциск Ксавье и первые миссионеры появились в стране, когда она была децентрализована, экономически истощена и политически дезорганизована. Поэтому местные крупные феодалы даймё были свободны в своём выборе принять или отвергнуть христианскую веру, исходя из своих собственных желаний и выгод. Японцы на протяжение долгих веков заимствовали культуру и религию из Китая, в силу чего были открыты к восприятию иностранных идей и вероучений. Первое христианское столетие в Японии продолжалось с 1540-х по 1640-е г. г. Гонения на христианство и христиан в Японии были вызваны не содержанием религиозных догм, а политической активностью миссионеров христианской церкви, которая несла с собой угрозу независимости страны, национальному единству, моральным и социальным устоям общества. По образному выражению Архиепископа Николая, японцы стали смотреть на иностранцев, как на зверей, а на христианство как на злодейскую секту, к которой могут принадлежать только отъявленные злодеи и чародеи. Под угрозой применения военной силы со стороны США Япония была вынуждена вступить в неравноправные договорные отношения с иностранными государствами. В страну начался интенсивный наплыв иностранцев. Одним из первых указов молодой император Мэйдзи подтвердил запрет принимать христианскую веру. Однако в 1873г., когда миссия Ивакура Томоми вернулась из поездки по западным странам и доложила, как высоко там чтут свою религию, христианство в Японии было легализовано, и сюда из разных стран устремились миссионеры. Среди японцев, заинтересовавшихся христианством, были самураи, в основном, средние и мелкие, которые с ликвидацией феодальной системы оказались не у дел и без средств к существованию. Многие не только не могли в силу экономических причин начать предпринимательскую деятельность, но и не хотели унизиться до подобных занятий. Стремясь, по привычке, быть лидерами общества, они предпочитали профессии, которые считали почётными, прежде всего службу в государственных учреждениях, армии и полиции, а также преподавательскую деятельность, позволявшую наставлять, направлять, вести. Контакты миссионеров с бывшими самураями, образованными людьми, отлично знавшими свою традиционную культуру и воспитанными на ней, имели свои сложности. Такие ученики требовали убедительных научных аргументов в объяснении христианского учения, которые они могли бы использовать в спорах с приверженцами других религий и атеистами, а подобные аргументы не лежали на поверхности. Чтобы понимать свою паству и договариваться с ней, было необходимо попытаться взглянуть на христианство глазами японцев, воспитанных в своей культурной атмосфере, в традиционных национальных верованиях и убеждениях, а для этого серьёзно изучать японский язык, историю страны, её классическую литературу, синто, буддизм и конфуцианство. Конфуцианство, органически связанное со всей дальневосточной историко-культурной традицией, играло ведущую роль в формировании национально-психологического типа представителя Восточно-азиатской цивилизации. Оно способствовало восприятию японцами христианства, что вполне правомерно и в отношении его православной ветви. Распространение христианства обязано характеру людей, их религиозным воззрениям, политическим и экономическим условиям XIX в. и влиянию абсолютно новой культуры на древнюю цивилизацию Японии. Три христианские конфессии развернули свою деятельность в Японии с того момента, когда иностранцы получили право жить в стране в результате заключённых договоров. Миссионеры-французы римско-католической церкви прибыли в Эдо из Китая 6 сентября 1859 г., а затем они появились в Хакодатэ, Иокогама, Нагасаки. По официальным данным, относящимся к 1867 г., в Нагасаки и его окрестностях насчитывалось свыше трёх с половиной тысяч христиан. Однако долгое время японцы не отделяли римско-католическую конфессию от других христианских конфессий. Протестанты, приехавшие из Англии, Канады, Америки, Германии, являлись представителями различных деноминации, присущих этим странам. У протестантских миссионеров было не меньше последователей, чем у католиков. Православная проповедь началась в Японии ещё до открытия там русской духовной миссии, когда в 1859 г. российский консул И.А. Гошкевич на консульские средства построил в Хакодатэ православный храм, первым священнослужителем в котором был флотский протоиерей В. Махов. В 1860 г. Гошкевич через российское министерство иностранных дел просил Святейший Синод прислать в Японию на место священника консульской церкви человека с академическим образованием, чтобы в будущем он смог заняться миссионерской деятельностью. По этому приглашению в Японию отправился иеромонах Николай Касаткин, выпускник Санкт-Петербургской духовной академии. По пути он несколько месяцев вынужден был зимовать в Николаевске-на-Амуре, где произошла его встреча с выдающимся миссионером, просветителем народов Аляски и Алеутских островов, апостолом русской Америки Иннокентием (Вениаминовым), впоследствии Митрополитом Московским, оказавшим на молодого иеромонаха большое влияние и давшего ему много ценных советов. История русского миссионерства тесно связана с историей формирования русского государства, с историей освоения русскими людьми Сибири и Дальнего Востока. В XIX в. постепенно охватившие все уголки Российской Империи миссии Русской Православной Церкви начинают с большой активностью и целеустремлённостью выходить в соседние государства. Проникновение православия в страны Дальнего Востока связано с утверждением двух Миссий: Японской (1870г.) и Корейской (1897г.). Особого упоминания заслуживает Пекинская Духовная Миссия, учреждённая в конце XVII в. и являвшаяся, по выражению Архиепископа Николая, матерью японской миссии.
Деятельность японской православной миссии неразрывно связана с именем Архиепископа Николая. Николай прибыл в Японию 2 июля 1861 г. и немедленно приступил к изучению японского языка, быта, истории и культуры японцев, ожидая, когда условия позволят ему приступить к миссионерской работе. На это ушло восемь лет. Затем он принялся за перевод Священного Писания и богослужебных книг на японский язык, так как без этого невозможно было и думать о распространении православия между японцами. Архиепископ Николай увидел в национальном характере японцев много черт, облегчающих им принятие православия. Это прежде всего свобода и самостоятельность народного духа. Он считал, что лучшее в японцах их патриотизм, желание служить своей родине; они становились христианами большей частью потому, что считали христианство полезным для своего отечества. Затем высокий уровень умственного развития народа, где каждый знал грамоту и был приучен к постоянному чтению и самообразованию. Среди первообращённых в православие японцев заметны черты редкого в конце XIX в. благочестия, которое порой выражалось в принятии ими на себя подвигов крайнего аскетизма. В японцах веками воспитывалось самоотверженное мужество, поэтому во время гонения на православных в 1870 г. даже дети отказывались отречься от принятой веры. С каждым годом число православных японцев увеличивалось, происходили перемены в политической жизни Японии, и, по ходатайству Николая, Святейший Синод постановлением от 6 апреля 1870 г. учредил Российскую Духовную Миссию. Николай, возведённый в сан архимандрита, был назначен её начальником. Правила, составленные для организованного им Общества проповедников, представляют особый интерес тем, что они показывали, насколько важной считал Николай работу по обращению в христианство ещё до отмены запретов на него. Николай подчёркивал, что миссионеры должны прежде всего находить среди верующих людей, способных стать катехизаторами, и не жалеть ни времени, ни усилий, ни средств для их образования. Миссия обязана была обеспечивать материальное содержание катехизаторов, первым делом которых являлось свидетельство христианского учения среди своих домашних, родственников и соседей. Особой заботе подлежало воспитание детей верующих в христианском духе.
Выводами главы можно считать следующие: 1) традиционные особенности религиозной жизни Японии создали в ней относительно благоприятную почву для распространения христианства, в частности, православия; 2) период пребывания в Хакодатэ с 1861 г. по 1869 г. явился подготовительной стадией к последующей деятельности Архиепископа Николая по распространению православия в Японии. Главнейшая работа его в эти годы была сосредоточена на изучении японского языка и Японии. Во второй главе Становление Японской Православной Церкви анализируются особенности её становления как национальной церкви. В феврале 1872 г., с переездом Николая из Хакодатэ в Токио, начался новый период в жизни Японской Православной Церкви. Свободная проповедь стала возможной с отменой старых указов против христианства в 1873 г., и тогда в центре Токио началось строительство здания Православной Миссии, где должны были разместиться домовая церковь, мужское и женское духовные училища, квартиры начальника Миссии и его сотрудников, подсобные помещения. В России для этого стали производить сбор добровольных пожертвований. Просветительская задача Миссии по религиозному образованию и воспитанию духовенства, кагехизаторов и женщин-христианок была решена созданием в 1875 г. семинарии, первый выпуск которой состоялся в 1882 г. Наиболее способных выпускников для пополнения образования отправляли на казённый счёт в Россию в духовные академии. При семинарии действовала катехизаторская школа, курс обучения в которой составлял два года, однако в 1909 г. из-за недостатка средств её пришлось закрыть. С 1873 г. при Миссии открылась женская духовная школа, построенная по образцу русских епархиальных училищ и приспособленная к быту японской женщины. Ещё одну православную женскую школу Миссия содержала в Киото. Японские христианки заботились о сиротах, для чего при Миссии был устроен первый в Токио приют. При Миссии действовала библиотека, а также иконописная мастерская. Особое значение Николай придавал переводческо-издательскому отделу, где переводилась на японский язык богословская и богослужебная литература, издавались оригинальные сочинения молодых японских богословов. Развитию японской богословской мысли способствовали печатные органы Миссии: журналы Сэйкё симпо (Православный вестник), Сэйкё ёва (Православная беседа), Синкай (Духовное море) и женский журнал Уранисики (Скромность). В этих журналах отражалась также и текущая церковная жизнь, что было важным для общения многочисленных приходов в разных концах Японии. Архиепископ Николай, научные заслуги которого в области японоведения заслуживают многотомного исследования, создал целую школу переводчиков русской литературы на японский язык и заложил тем самым основы русистики в Японии. Имена таких питомцев Николая, как Кониси Масутаро, Сэнума Кае, Нобори Сёму связаны в сознании японцев с именами Ф.М. Достоевского, Л.Н. Толстого, А.П. Чехова. Успеху своей миссионерской деятельности Архиепископ Николай обязан тем принципам, которые он положил и которые соблюдал сам и требовал их соблюдения от миссионеров, приезжающих в Японию. Во-первых, то, что он называл идеалистическими свойствами или живой душой. Во-вторых, логический ум, умение вести беседу с японскими рационалистами. Затем обязательное высшее богословское образование и хорошее знание Японии. И, наконец, проповедь должна быть не умозрительно-отвлечённой, а объединять христиан в единую церковную семью. Вначале завоевать любовь, а потом нести Слово! - девиз Архиепископа Николая, при ежегодном объезде японских общин лично посещавшего дом каждого христианина. Не смешивать религию и политику было важнейшим правилом миссионерской деятельности Архиепископа Николая, что снискало ему доверие и уважение японского правительства. Ещё одно важнейшее правило он не старался обратить как можно большее число японцев, но стремился к тому, чтобы обращение их имело прочное основание. Архиепископ Николай не стремился нарочито японизировать Церковь, как это делали католики, придавая изображениям святых национальные японские черты, или же строить безнациональную Церковь, как это проповедовали протестанты. И, наконец, главный принцип, пронизывавший всю миссионерскую деятельность, ставший как бы её маяком, это закладка в нарождающихся христианских общинах того духа Соборности, который отличал первохристианские общины. Архиепископ Николай всегда стремился к тому, чтобы христианское учение в Японии стало японским православием аналогично тому, как оно стало греческим православием в Греции и русским православием в России. Он считал необходимым соборное избрание национального священства, а не назначение сверху, и этот принцип, заложенный Николаем, до сих пор является организующей силой Японской Церкви. Избранию священников положил начало первый Собор Японской Православной Церкви, состоявшийся в 1874 г. На Соборе заслушивались доклады каждого священника и катехизатора об успехах проповеди, рассматривались статистические листы всех общин о числе крещений, решались вопросы о перемещениях священников, читались письма прошения от общин. Идею Соборности Архиепископ Николай проводил на всех уровнях Церкви.
Вышесказанное позволяет сделать основные выводы: 1) деятельность Архиепископа Николая, ставшего величайшей фигурой в миссионерской истории Японии, способствовала распространению православия в стране, культурная традиция которой отличалась неприятием христианства, а притягательная сила православной проповеди была настолько велика, что увлекла в лоно Восточной церкви целые тысячи японцев всех классов общества, преимущественно среднего сильного образованием и энергией; 2)сила японского православия заключалась в том, что оно было построено всецело на японской почве, что его распространителями являлись сами японцы, а главным принципом построения Японской Православной Церкви была Соборкость; 3) основав национальную православную японскую церковь. Архиепископ Николай создал православную культуру Японии; 4) Архиепископ Николай заложил в Японии основы русистики; 5) Российская Духовная Миссия под руководством Архиепископа Николая сыграла важную роль в установлении и развитии русско-японских культурных связей. Третья глава Японская Православная Церковь во время русско-японской войны 1904-1905 г.г. характеризует деятельность японских христиан во главе с Архиепископом Николаем, сумевших в этот кризисный период в истории отношений России и Японии не отступить от главного принципа Русской Духовной Миссии не смешивать религию и политику и сделавших всё возможное, чтобы эта война не рассматривалась как поединок дракона с крестом, то есть религиозный конфликт. Во время войны Николай, оказавшись в том положении, которое в доктрине нравственной философии называется collisio officiorum, то есть столкновение двух видов нравственных обязанностей, сумел разрешить его так, как велел ему его епископский долг: невзирая на клевету в шпионаже со стороны японцев, равно как на обвинение в забвении Родины со стороны соотечественников, он не бросил паству в столь опасное время, когда легко могло возникнуть отпадение от православия и даже уничтожение самой Миссии. Архиепископ Николай, оставшись в Японии один после того, как все русские покинули её, показал себя на деле истинным миссионером и верным пастырем созданной им Японской Православной Церкви и наглядно доказал, что его проповедническая деятельность не имеет никакого отношения к русской политике. Будучи патриотом сам. Архиепископ Николай глубоко уважал это чувство в других. В Окружном письме к христианам для успокоения Церкви, встревоженной объявлением войны Японии с Россией он объяснил прихожанам , какова должна быть их духовная позиция: воевать с врагами долг каждого гражданина, верного своему отечеству, но воевать с врагами не значит ненавидеть их, а только защищать своё Отечество. Как русский подданный, имея обязательства перед своей Родиной, он в течение всего времени военных действий не участвовал в общественных богослужениях. Война не принесла с собой перемены в деятельности Японской Православной Церкви: катехизаторы продолжали проповедовать Евангелие, ученики посещать школы Миссии, в установленные сроки созывались Соборы. Богослужения в приходах проходили, как и до войны, постоянно: христиане исповедовались, причащались, происходили крещения новых членов Церкви. Японское правительство, отношение которого к Архиепископу Николаю и к делу православия в стране отличалось корректностью и лояльностью, с самого начала военных действий обнародовало несколько циркуляров, гласивших, что по отношению к отдельным членам воюющей нации не должно быть никакого чувства ненависти и вражды, и особенно на почве религиозной и что ненависть к Православной Церкви и её последователям не согласуется с правилами цивилизованной нации и набрасывает тень на честь страны. Правительство назначило в Миссию сильную военную охрану, остававшуюся там в течение всей войны. С появлением на территории Японии русских военнопленных, число которых превысило 73.000 человек, японские христиане создали Православное товарищество духовного утешения военнопленных. Это общество своим существованием было обязано японскому правительству. В нём приняли участие многие лица не только из числа инославных христиан, но и из буддистов, среди которых был выдающийся государственный деятель Японии Ито Хиробуми. Товарищество занималось сбором пожертвований в пользу русских пленников, направляло священников для совершения православных богослужений в 29 лагерях, расположенных от Акита на севере до Кумамото на юге. Японские священники служили на русском языке. Забота о военнопленных, служивших примером в своём отношении к вере, жертвовавших на свои церковные нужды и на Японскую Православную Церковь, хотя сами были почти неимущие, оказала благотворное влияние на японских христиан. Этот опыт пригодился им впоследствии, когда Церковь стала самостоятельной материально. По окончании войны Архиепископ Николай стал строить храмы и памятники на местах захоронения пленных, собирая пожертвования в России и в Японии: храмы в Мацуяма и Осака, памятники на русских кладбищах в Нагасаки, Идзумиоцу, Гопу. Благодаря войне общественное мнение страны изменилось в пользу Японской Православной Церкви, члены которой на деле доказали свой патриотизм и смогли разубедить соотечественников, что русские хотят завоевать Японию. После войны Святейший Синод возвёл Николая в сан архиепископа с наименованием Японский. Отношение России к Японии изменилось: из снисходительного оно превратилось во внимательное были созданы Русско-Японское общество и Императорское общество востоковедения. Архиепископа Николая как выдающегося учёного-японоведа избрали их почётным членом. Его наградили орденом Святого Александра Невского. Выводами главы можно считать следующие: 1) Русско-японская война 1904-1905 г.г., ставшая серьёзным испытанием для Японской Православной Церкви, не отразилась на её положении, благодаря дальновидной позиции Архиепископа Николая как миссионера и главы Церкви; 2) Архиепископ Николай, продолжая свою деятельность и во время войны, оставался русским патриотом, не оскорбив при этом патриотических чувств своих японских прихожан; 3) драматические события Русско-японской войны доказали жизнеспособность японского православия; 4) Архиепископ Николай не находил никаких проблем в политической жизни России и Японии, которые не могли быть улажены без всяких конфликтов. Он сохранял убеждение, что рано или поздно между обеими державами наладятся добрососедские отношения. В четвёртой главе Никорай-до центр японского православия излагается история создания Воскресенского собора и определяются основные исторические вехи в деятельности Японской Православной Церкви в XX в. по окончании периода Мэйдзи (1868-1912). Собор Воскресения Христова, Никорай-до, освящённый в 1891 г., стал и продолжает оставаться духовным центром японского православия. Судьба собора отразила драматические перипетии истории Японской Православной Церкви в XX столетии: кончина основателя Церкви Святителя Николая в 1912 г., революция в России в 1917 г. и в результате прекращение отношений с Матерью-Церковью Русской Православной Церковью, гибель Воскресенского собора во время Великого землетрясения Канто в 1923 г и его восстановление в 1929 г., гонения в предвоенные годы в условиях милитаризма и нарастающей ксенофобии, переподчинение Американской Церкви в период оккупации после военного поражения Японии, восстановление контактов с Московской Патриархией, обретение автономии и причисление к лику святых Архиепископа Николая. Можно сказать, что история Николай-до это история всей Японской Православной Церкви, чем вызвано специальное обращение диссертанта к этой теме. История Японской Православной церкви в XX в. это драматическая история православной общины, которая в силу политических обстоятельств оказалась оторванной от Матери-Церкви, однако доказала свою жизнеспособность как самостоятельная национальная церковь. Следует особо отметить, что Японская Православная Церковь являлась сугубо японской религиозной организацией, зарегистрированной в 1941 г. в министерстве просвещения в качестве юридического лица как отдельная конфессия под названием Религиозная организация Японская Православная Церковь Христова. Однако по закону иностранцам запрещалось стоять во главе религиозной общины, поэтому Митрополит Сергий лишился права руководить Японской Православной Церковью и был вынужден покинуть своё место. Владыка Сергий явился последним русским архиереем в Японии. Главой Японской Церкви стал Епископ Николай (Оно), хиротония которого была совершена в Харбине иерархами Зарубежной русской церкви 14 марта 1941 г. Епископ Николай (Оно) первый архиерей-японец в Японской Православной Церкви. После войны были отменены законы о религиозных организациях и об охране общественного порядка, подавлявшие свободу совести, собраний, слова. После пятилетнего перерыва, 5 апреля 1946 г, в Токио, в Воскресенском кафедральном соборе открылся чрезвычайный Собор Японской Православной Церкви, возобновивший её деятельность. Главным на Соборе стал вопрос об отношениях с Матерью-Церковью, с Московской Патриархией, которая направила в Японию двоих архиереев, но американские оккупационные власти не разрешили им въезд в страну. Необходимо было учитывать волю штаба генерала Макартура при приглашении архиерея, поэтому Японская Православная Церковь для восстановления церковной деятельности, возобновления проповеди и образования священнослужителей положилась на руководство и помощь Американской Православной Церкви. При посредничестве штаба оккупационных войск в январе 1947 г. в Токио прибыл из Америки Епископ Вениамин. С этого времени в течение двадцати пяти лет во главе Японской Православной Церкви, сменяя друг друга, стояли американские архиереи.
В марте 1962 г. Воскресенский кафедральный собор получил официальный статус важного памятника культуры Японского государства, что свидетельствовало о признании православия неотъемлемой частью культуры Японии, некогда отличавшейся неприятием христианства. В 1969 г. были восстановлены отношения с Московской Патриархией, в ноябре того же года состоялась епископская хиротония Феодосия Нагасима Синдзи), ставшего вторым архиереем-японцем в православной церкви Японии. 1970 г. явился важнейшим в послевоенной истории Японской Православной Церкви: 10 апреля получен Томос об автономии и тогда же, 10 апреля причислен к лику святых Архиепископ Николай, апостол Японии. Взаимосвязанными фактами обретения автономии Японской Православной Церковью и причислением к лику святых Архиепископа Николая высоко оценивалось и вновь подчёркивалось великое дело Святителя Японии, стремившегося к японизации православной веры. Тем самым православными всего мира признаётся самостоятельность Японской Церкви, добавившей к ряду святых и своего святого, признаётся истинность веры японских православных, передаваемой из поколения в поколение. За годы служения Митрополита Феодосия как главы Японской Автономной Православной Церкви (1972-1999) удалось создать настоящую самостоятельную церковь, выполняющую своё главное предназначение проповедь православного учения. В ней действует семинария по подготовке священнослужителей, издаются различные печатные материалы, активизировалась проповедническая деятельность, укрепляются связи с поместными церквами, строятся и освящаются храмы. С кончиной Митрополита Феодосия 7 мая 1999 г. возникла сложная ситуация, когда поместная церковь оказалась без архиерея и его преемника в связи с отсутствием монашества. В июле 1999 г. на Соборе были избраны три кандидата для пострижения в иноческий чин, и их пострижение, а затем епископская хиротония были совершены Патриархом Московским и всея Руси Алексием Вторым в России в октябре-ноябре 1999 г. и в январе 2000 г. Архиереями стали Пётр (Арихара), Епископ Иокогамский, викарий Токийской Епархии (скончался 10 мая 2000 г.); Даниил (Нусиро), Епископ Киотоский; Серафим (Цудзиэ), Епископ Сэндайский. 14 мая 2000 г. Святейший Патриарх совершил в Токио интронизацию предстоятеля Японской Автономной Православной Церкви. Им стал Даниил (Нусиро), избранный на внеочередном Соборе 5-6 мая 2000 г. Архиепископом Токийским, Митрополитом всея Японии. Вышеизложенное позволяет сделать основные выводы: 1) основанный Архиепископом Николаем и восстановленный Митрополитом Сергием собор Воскресения Христова Никорай-до не только духовный и организационный, но и культурный центр Японской Православной Церкви, важный исторический памятник и культурный центр Японского государства, символ русско-японских духовных связей; 2) судьба собора отразила драматические перипетии истории Японской Православной Церкви, которая в силу политических причин оказалась оторванной от Матери-Церкви, но несмотря на это доказала свою жизнеспособность как национальная самостоятельная церковь и благополучно существует в стране дальневосточной культурной традиции; 3) взаимосвязанными фактами обретения автономии Японской Православной Церковью и причислением к лику святых Архиепископа Николая высоко оценивалось и вновь подчёркивалось великое дело Святителя Японии, стремившегося к японизации православной веры. Тем самым православными всего мира признаётся самостоятельность Японской Церкви, ставшей ветвью мирового православия, добавившей к ряду святых и своего святого, признаётся истинность веры японских православных, передаваемой из поколения в поколение. В пятой главе u Православные приходы и храмы Японии изложены результаты полевых исследований автора, посетившего в 1996-2000 г.г. большую часть приходов и храмов и взявшего интервью у их священников и прихожан. В главе приведён ряд редких документов и свидетельств по истории Японской Православной Церкви, особенно относящихся к деятельности Архиепископа Николая и его учеников. Главные выводы полевых исследований: 1) Святитель Николай создал в Японии православную культуру, о чём свидетельствуют живые островки православия по всей стране; 2) Японская Автономная Православная Церковь как поместная церковь является составной частью мирового православия. В Заключении суммируются выводы диссертационной работы и подчёркивается, что история православной церкви в Японии единственный пока пример успешного массового распространения православия за пределами сферы культурного влияния Восточной христианской цивилизации. Причины этого во многом коренятся в особенности японского менталитета, а с другой стороны в том, что дело распространения православия взял на себя Святитель Николай, который один смог найти ключ к его передаче народу дальневосточной культурной традиции. В приложения включены Публикации Архиепископа Николая, Положение для Российской Духовной миссии в Японии и Инструкция для начальника Российской Духовной миссии в Японии.

Список публикаций и выступлений автора по теме диссертации

1. Русско-японский, японско-русский церковно-религиозный справочник. Москва-Токио, 1997. 4 п.л.
2. Паломница из России. Икё (Вторая родина) Бюллетень научного общества Русские в Японии, Токио, 1998, 4; 1999, 5; 2000, 8. 0.4 п.л.
3. The Establishment of Japanese Orthodoxy and Its Influence on Cultural Relations Between Japan and Russia. The Japan Foundation Newsletter, Tokyo, 1998, 3. 0.2 п.л.
4. Никорай дайсюкё-ни атэта синдзоку-но сёкан. (Письма родственников к Архиепископу Николаю). Журнал Мадо, Токио, 1999, 108. 0.1 п.л.
5. Пути-дороги паломницы из России. Знакомьтесь Япония, Москва, 1999, 26; 2000,27. 1.5 п.л.
6. Жизнь и деятельность Святителя Николая в документах из архива Воскресенского собора в Токио. Сборник материалов международной научно-практической конференции, посвящённой Двухтысячелетию Христианства, Владивосток, 2000, апрель. 0.2 п.л.
7. Современная Японская Православная Церковь. Отчёт об итогах научно-исследовательской работы на конференции японских русистов. -Токио, Университет Васэда, 1998. 1 п.л.
8. Новые документы о деятельности Архиепископа Николая, найденные в архивах и частных собраниях Японии. Доклад на ежегодном международном симпозиуме в Центре славяноведения. Саппоро, Университет Хоккайдо, 2000, январь. 0,2 п.л.
9. Кё-но росиа то росиа сэйкё (Россия и Русская Православная Церковь сегодня). Доклад в японском государственном центре просвещения. Токио, 2000, март. 0,5 п.л.
10. Архиепископ Николай Японский и Восточный институт. Известия Восточного Института Дальневосточного Государственного Университета, спецвыпуск, 3. Владивосток, 2000. 0,2 пл.

Посмотреть комментарии[2]
 Copyright © 2000-2015, РОО "Мир Науки и Культуры". ISSN 1684-9876 Rambler's Top100 Яндекс цитирования