Rambler's Top100 Service
Поиск   
 
Обратите внимание!   BOAI: наука должна быть открытой Обратите внимание!
 
  Наука >> История >> Отечественная история >> История Русской Православной Церкви | Диссертации
 Написать комментарий  Добавить новое сообщение
 См. также

Аннотации книгДуховная культура русской эмиграции в Китае

Научные статьиДокументы архива Министерства иностранных дел по истории русских православных миссий за границей

Популярные статьиИз истории Русской Православной Церкви на Дальнем Востоке (Китае, Корее и Японии)

Популярные статьиРоль и место Православной Церкви в процессе адаптации русской эмиграции

Научные статьиАрхив Архиерейского Синода Русской Православной церкви за границей в ГАРФ. (Опыт архивного обзора)

СообщениеЦерковные библиотеки Русской Православной церкви в странах Азиатско-Тихоокеанского региона и США

Научные статьиРусская духовная миссия в Японии и ее кафедральный собор в Токио

Научные статьиРусское религиозное искусство конца XIX - начала ХХ века и православные храмы в Русском Зарубежье

Научные статьиИстория российского православного зарубежья

Аннотации книгРоссийское православие за рубежом: Библиографический указатель литературы и источников

СообщениеПравославие и Православная церковь в Японии и Корее: краткий библиографический указатель

Научные статьиПравославие в Китае в ХХ веке

Обзорные статьиБиблиотеки и библиотечные собрания Православной Церкви за рубежом

Аннотации книгПопов А. В. Российское православное зарубежье: история и источники

Научные статьиИстория русских зарубежных церковных разделения в ХХ веке

Аннотации книгРоссийское православие за рубежом

Популярные статьиКитайская Православная Церковь на пути к автономии

НовостиПравославная церковь в Японии

Аннотации книгНовое исследование по истории российского православного зарубежья

Научные статьиРоссия на Дальнем Востоке: новая градостроительная концепция и православные храмы

Русская Православная Миссия в Китае
28.06.2002 14:50 | Русское Зарубежье
     Шубина С.А. Русская Православная Миссия в Китае (XVIII начало ХХ вв.). Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук Ярославль 1998. (Работа выполнена на кафедре отечественной средневековой и новой истории Ярославского государственного университета им. П.Г.Демидова)

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы. История русской православной церкви в настоящее время привлекает внимание общества, историков и богословов. В отечественной исторической науке идет становление и упрочение новых представлений о религии и церкви, отход от господствовавших прежде упрощенных формулировок и расхожих стереотипов. На страницах периодических изданий в нашей стране развернулись споры вокруг устоявшихся и привычных оценок социального статуса религии, набирает силу широкая дискуссия о месте религии и церкви в истории, в общественной жизни, в системе духовной культуры, о ее роли в развитии национального самосознания народов, в защите общечеловеческих ценностей.
Одним из самостоятельных и результативных направлений исследований становится изучение миссионерской деятельности Русской православной церкви(1), многие страницы которой замалчивались советской исторической наукой. Миссии действовали в соответствии с внутри- и внешнеполитическими задачами правительства. Миссионерская деятельность находилась под особым контролем государства, возводилась в ранг государственной политики, с ней связывались интересы России. Регламентация деятельности миссий со стороны правительства, их государственное финансирование и поддержка были характерными чертами христианизации.
Русские православные миссии подвижнически трудились во многих концах света: в Иерусалиме (1847), Урмии (Персия, 1898), Японии (1871) и Сеуле (Корея, 1897). Особый интерес представляет изучение Русской духовной миссии в Китае, которая была самой ранней по времени основания. Она существовала в XVIII - начале ХХ вв. Это было уникальное русское учреждение за границей, которое не только представляло в Китае Русскую православную церковь, но и русское государство. Миссия сыграла важнейшую роль в деле становления русско-китайских отношений, стала центром научного изучения Китая, школой подготовки первых русских китаеведов. Исключительность Пекинской миссии заключается также в том, что ее история и вклад в науку были отмечен в ряде научных публикаций.
Деятельность духовной миссии по-разному оценивалась в исторической литературе: от признания ее больших успехов до утверждения ничтожности ее результатов. Неоднозначность оценок порождалась сложностью процесса взаимодействия православия с другими мировых религиями, отличием миссионерской практики Русской православной церкви от миссионерства католического и протестантского.
Гражданская и церковная история теснейшим образом переплетены между собой. Изучение истории церкви должно соответствовать уровню современных требований исторической науки.
Степень научной разработки проблемы. Степень изученности данной проблемы нельзя считать удовлетворительной. Отечественная историография не располагает не только обобщающими трудами по истории православной миссии в Китае, но и историческими исследованиями, которые бы всесторонне освещали все стороны ее деятельности.
В дооктябрьский период изучение Пекинской миссии сосредоточилось в ее стенах. Ценность работ Феодосия (Сморжевского), Софрония (Грибовского), Николая (Адоратского)(2) заключается в том, что в них цитируются документы и материалы архива миссии, сгоревшего во время восстания ихэтуаней (1900 г.). О.Феодосий основное внимание обратил на негативные стороны жизни и неприглядные черты в характерах миссионеров, что, по мнению автора, объясняло, причину того, что среди духовных лиц XVIII в. не было ни одного, кто бы основательно изучил китайский и маньчжурский языки. О.Софроний дал подробные характеристики начальников Русской духовной миссии, привел списки учеников, посылавшихся в Пекин до 1808 г.
О.Николай описал историю создания и состав первых восьми миссий, привел краткие биографии миссионеров, перечислил их занятия и труды. Впервые были обобщены и проанализированы опубликованные и найденные архивные источники(3). Им была предложена первая периодизация деятельности духовной миссии. В основу деления на периоды Николай (Адоратский) положил два критерия: национальный состав (XVIII век малороссийский состав миссии, XIX век великорусский) и задачи, возложенные на миссию (1685-1745 гг. и 1745-1808 гг.). Гранью между двумя периодами автор поставил 1745 г. С этого времени, по его мнению, изменились отношения между Россией и Китаем, началась правильная отчетность миссии, добавились дипломатическая и научная функции. Он высоко оценил усилия миссионеров в деле урегулирования русско-китайских отношений. Однако необходимо осторожно подходить к сведениям, приводимым автором, так как в них встречаются неточности. Труду Православная миссия в Китае предшествовал ряд статей Николая (Адоратского) о положении дел в миссии в 80-е гг. XIX в. и очерк о 9-й миссии и ее начальнике Иакинфе (Бичурине)(4). Это говорит о намерении автора довести историю миссии до 80-х гг. XIX в. Н.Адоратским были найдены и опубликованы неизвестные ранее рукописные труды миссионеров. Все последующие поколения исследователей при характеристике миссий ссылались на него.
Юбилейное издание Краткая история Русской православной миссии в Китае(5) сохранило принцип изложения материала, предложенный Николаем (Адоратским) и продолжило характеристику миссий до 1914 г. Периоды выделены в зависимости от того, какому ведомству была подотчетна миссия: в 1715-1745 и 1864-1914 гг. она находилась в ведении Святейшего Синода, в 1745-1864 гг. - Коллегии иностранных дел (затем Азиатского департамента МИД).
Появление во второй половине XIX начале ХХ в. значительного числа публикаций о распространении православия в Китае было связано с пересмотром системы миссионерской работы в России(6). Авторы отмечали ничтожные результаты проповеди православия в сравнении с деятельностью католических и протестантских миссионеров. В ряде публикаций представлены биографии миссионеров, как образцы служения Церкви(7).
Светские исследования представлены краткими обзорными публикациями И.Я.Коростовца и Н.В.Кюнера(8).
В советский период в связи с тем, что изучение религии было затруднено, миссия и ее члены упоминались лишь на страницах востоковедных изданий, в рамках истории русского китаеведения.
В 20-30-е гг. в советской историографии получила распространение теория торгового капитала, согласно которой миссионерам отводилась роль агентов капитала. М.Барановский(9) и некто Г.Л.(10) оценивали миссию как систему политического и экономического шпионажа в колониальной политике России. Несмотря на такой подход к истории миссии, ценность этих статей заключается в том, что они включают в себя в полном объеме источники - донесения начальников миссии в Министерство иностранных дел.
Для работ В.М.Алексеева, В.В.Бартольда, П.Е.Скачкова, А.Н.Хохлова, С.Л.Тихвинского и др. характерен упор в первую очередь на научные заслуги деятельности православных миссий(11). Предпочтение при изучении отдавалось знаменитой русской триаде востоковедов - Н.Я.Бичурину, В.П.Васильеву и П.И.Кафарову. Каждому из них, кроме многочисленных научных биографий, посвящались тематические издания(12), жизни и творчеству остальных миссионеров - отдельные статьи(13).
Завершением периода научно-культурного изучения миссии можно считать издание Истории отечественного востоковедения до середины XIX века(14). В этом коллективном труде деятельность миссионеров в Китае рассматривается как составная часть практического востоковедения, обслуживавшего нужды в первую очередь внешней политики и торговли; приведены творческие биографии ученых-востоковедов.
С начала 90-х гг. начинается новый этап в изучении Русской православной миссии в Китае, когда наметилось творческое сотрудничество светских и церковных исследователей в рамках серии научных конференций на тему Миссионерская деятельность Русской Православной Церкви в Азии и Африке: история и современность(15). Московская патриархия совместно с Институтом Дальнего востока РАН подготовила к выпуску сборник статей(16). Изучение миссии вышло за узкие рамки круга востоковедов.
В числе немногочисленных работ по истории Русской православной церкви(17) в отечественной историографии миссионерская проблематика представлена обзорной статьей Н.А.Смирнова(18).
Исследования И.П.Гаранина, А.А.Волоховой, В.Киселевой, а также К.Латуретта, Дж.Фэрбэнка, К.Кэри-Элвз, Ж.Чинг, Р.Ковелл дают представление о распространении христианства в Китае и возможность сравнить результаты деятельности иностранных миссионеров с работой Русской миссии. Комплекс работ по истории русско-китайских отношений позволяет обрисовать внешнеполитическую ситуацию, на фоне которой происходила деятельность Пекинской духовной миссии. В.С.Мясников, Н.В.Шепелева, Г.В.Мелихов и др.(19) считают, что вооруженная сила как средство решения политических проблем была неприемлема для отношений России с Китаем. В работах М.И.Сладковского, А.Н.Хохлова, Г.Н.Романовой, Н.Е.Единарховой торговля рассматривается как приоритетное направление политики России в отношении империи Цин(20). Принципы внешней политики Китая разбираются в статьях Л.И.Думана, А.А.Бокщанина, А.С.Мартынова, М.В.Крюкова(21).
Из литературы, касающейся культурологических и религиоведческих аспектов китайской цивилизации, в первую очередь необходимо отметить работы Л.С.Васильева, С.В.Зинина, В.В.Малявина, В.Я.Сидихменова, К.М.Тертицкого. Из русской эмигрантской литературы выделяются работы известного писателя В.П.Петрова(22). Он отметил благотворное влияние духовной миссии на русских невозвращенцев семнадцатого века - албазинцев, и дал краткий популярный обзор деятельности миссии с момента ее возникновения до 1917 г.
Зарубежные ученые акцентируют внимание на роли православных миссионеров во внешней политике России на ранней стадии русско-китайских отношений. Э.Уидмер оценил деятельность членов и учеников миссии в деле ознакомления русского общества с Китаем и изучения Китая как малоэффективную и недостаточно успешную, так как миссионеры не использовали тех благоприятных возможностей, которыми не обладало ни одно другое христианское государство. А.Пэрри считал, что вклад членов миссии в науку был преувеличенным, и оценивал деятельность миссионеров как политический и экономический шпионаж. Р.Куэстед и Фан Сю усматривали в миссии один из инструментов готовившейся, по их мнению, экспансии России в Китай. В.Чен, напротив, изображал деятельность православной миссии в Китае как органа Русского правительства в качестве одной из удивительных особенностей в развитии русско-китайских отношений. К.Фауст сосредоточился на чисто бытовых зарисовках деталей деятельности членов миссии. Он шутливо заметил, что не все русские в Пекине были распущенными, развратными, ленивыми, грубыми, испорченными, подлыми или лживыми, только некоторые из них.
Дж.Фейрбэнк, обратив внимание на продолжительное существование Русской православной миссии при Цинском дворе, назвал ее единственным в своем роде аванпостом Европы в самом сердце Китайской империи. Э.Паркер, Ж.Бредон видели причину стабильности положения миссии при Цинском дворе в пренебрежении ее членами своих проповеднических обязанностей. Т.Деннетт считал, что проблема не может решаться столь категоричным образом - русские священники на всем протяжении своего пребывания в Китае в равной мере укрепляли дипломатическое и церковное представительство в Пекине.
Среди исследований 80-90-х гг. следует назвать монографию Д.В.Поспеловского. Он отметил значительные достижения в области православного миссионерства особенно на территории Аляски, Японии, Сибири и Дальнего Востока.
Для сбора информации о Русской духовной миссии в Китае и ее членах широко привлекались библиографические материалы и справочная литература - энциклопедические словари, биографические словари, указатели.
Недостаточная разработанность темы, ее дискуссионность определили предмет, цели и задачи исследования.
Предметом исследования является Русская православная миссия в Китае и ее функции - религиозно-пропагандистская, дипломатическая, научная. Целью диссертации является изучение характера миссионерской деятельности Русской православной церкви на примере Пекинской духовной миссии.
Цель определила задачи исследования:
а) рассмотреть правовые основы существования Русской духовной миссии и организационные принципы ее деятельности, исходя из особого характера русско-китайских отношений;
б) проанализировать миссионерскую деятельность духовной миссии, возможность христианизации Китая и в соответствии с этим - метод, характер и способы распространения православия;
в) изучить деятельность Русской духовной миссии как органа дипломатического представительства России в Китае;
г) показать вклад миссионеров в изучение Китая и сопредельных с ним стран, культурно-просветительскую работу миссии;
д) определить место ярославских миссионеров в истории Пекинской духовной миссии и их роль в развитии дипломатических и культурных взаимоотношений между двумя государствами.
Хронологические рамки работы охватывают XVIII начало XX в. Они обусловлены, с одной стороны, указом Петра I (18 июня1700 г.) о распространении православия в Китае, с другой - моментом выхода Декрета о свободе совести, церковных и религиозных обществах (20 января 1918 г.), провозглашавшего отделение церкви от государства. Указанный период соответствовал административно-правовому оформлению Пекинской духовной миссии, определению ее основных функций. По времени это совпало с зарождением и развитием русско-китайских отношений, становлением отечественной науки и связанной с ней системой образования благодаря деятельности православных миссионеров, а также Синодальным периодом в истории Русской православной церкви, когда последняя была инкорпорирована в государственную систему дооктябрьской России. Методология исследования. Методологическая база исследования определяется рационалистическим подходом к деятельности Русской духовной миссии в Пекине и принципом объективности, который требует аргументированного подхода при оценке событий и явлений, учета совокупности всех исторических фактов, разностороннего анализа собранного материала. Сделана попытка максимально объективно оценить взаимоотношения России и Китая посредством православной миссии, рассматривая конкретные исторические события применительно к конкретной стране и избегая резких оценок. Диссертант исходила также из представлений об особо устойчивой роли государства на Востоке в регулировании, в том числе культурно-религиозных, процессов и особенностей религиозной системы Китая. Источниковая база диссертации состоит как из опубликованных материалов, так и комплекса архивных документов, многие из которых вводятся в научный оборот впервые. Все источники можно разделить на несколько групп. Во-первых, это законодательные акты: указы, высочайше утвержденные инструкции, договоры России с Китаем. По ним можно проследить административно-правовое оформление миссии.
Во-вторых - делопроизводственная документация Азиатского департамента МИД России и Синода, хранящаяся, главным образом, в Архиве внешней политики Российской империи МИД России /Москва/ (фонды Санкт-Петербургский Главный архив, Сношения России с Китаем, Китайский стол, Миссия в Пекине (Китай)), Российском государственном историческом архиве /Санкт-Петербург/ (фонды Канцелярия Св. Синода, Канцелярия обер-прокурора Синода), а также частично в Архиве СПбФ Института востоковедения РАН (разряд I (Китай)) всеподданнейшие доклады, отношения, донесения, отчеты и ведомости, инструкции, проекты документов. Некоторые материалы опубликованы, однако большинство их вводится в диссертации в научный оборот впервые. Эта группа источников содержит огромное количество разнообразных фактов, деталей, позволяющих охарактеризовать общее состояние миссии, раскрыть содержание деятельности миссионеров.
В-третьих - научные труды миссионеров по истории, географии, филологии, статистике, экономике, религии, археологии Китая. Множество работ осталось в рукописях, которые хранятся, в основном, в АВПРИ (фонд Библиотека Азиатского Департамента), Отделе рукописей Российской государственной библиотеки /Москва/ (фонд К.А.Скачкова), Отделе литературы на языках стран Азии и Африки Российской национальной библиотеки /С.-Петербург/, ОР РНБ (фонды Дорна, Маньчжурская новая серия, Китайская новая серия), а также Государственном архиве Ярославской области (фонд Коллекция рукописей). Они позволяют оценить вклад членов миссии в развитие востоковедения и дают информацию о Китае и сопредельных с ним стран в период пребывания миссии в Пекине.
В-четвертых, незаменимую по своеобразию и специфике информации группу источников составляют периодические издания, газеты и журналы, преимущественно духовного характера: Китайский благовестник (орган Пекинской духовной миссии), Православный собеседник, Православное обозрение, Христианское чтение, Духовная беседа, Странник, а также Русский вестник, Сын Отечества, Северная пчела и др. Предпочтительный анализ в данной работе журнальных публикаций обусловлен их спецификой. В отличие от газет, в журналах публиковались преимущественно не хроникальные сообщения, а аналитические статьи. Материалы этой группы позволяют выявить также мнение читателей по вопросам миссионерства.
Учитывая, что рассказы очевидцев являются одним из главных путей информации о миссии, потому что им склонны доверять больше, чем официальным сообщениям, статьям в прессе, зачастую написанным людьми, никогда не бывавшими в миссии и знакомыми с проблемой лишь понаслышке, мы используем в качестве источника путевые заметки, дневники, воспоминания, частную переписку миссионеров, дипломатов в Пекине, ученых и литературных деятелей. Большинство материалов разбросаны по архивохранилищам: ОР РНБ (фонд А.С.Норова), ОР РГБ (фонды М.П.Погодина, К.А.Скачкова), Архив СПбФ ИВ РАН (фонд П.Л.Шиллинга) и др.
В работе над диссертацией были также использованы и некоторые произведения художественной литературы, отражающие психологию и поведение миссионеров. В отдельную группу выделены вещественные источники этнографическая коллекция и собрание рисунков З.Ф.Леонтьевского.
Обширная и многоплановая источниковая база позволяет комплексно решить поставленные в диссертации задачи.
Научная новизна исследования. Диссертация, одна из первых в отечественной исторической науке, посвящена проблеме миссионерской деятельности Русской православной церкви. В работе впервые комплексно, в обобщенном виде исследуется православное миссионерство в Китае, рассматриваются наименее изученные направления деятельности Русской духовной миссии. Впервые проанализирована история изучения Русской духовной миссии отечественными и зарубежными исследователями. Сделана попытка составить наиболее полную библиографию трудов членов православной миссии и исследований по данной теме. Впервые в научный оборот введены новые фактологические и аналитические материалы по истории деятельности миссии в начале ХХ в., а также ярославских миссионеров.
Практическая значимость диссертации. Содержащиеся в исследовании материалы расширяют научные представления об истории миссионерской деятельности Русской православной церкви. Они дополняют уже имеющуюся информацию о деятельности православных миссионеров (в числе которых были и уроженцы Ярославского края) на Дальнем Востоке. Полученные результаты могут быть использованы в учебном процессе при изучении общего курса по отечественной истории в рамках изучения российской внешней политики и Русской православной церкви, особенно ее миссионерской деятельности, для чтения спецкурсов по христианской культурологии и истории Ярославского края, при подготовке учебных пособий. Кроме того, материалы данной работы представляют интерес для дальнейших исследований в области истории, религии, краеведения.
Апробация работы. Диссертация обсуждена на кафедре отечественной средневековой и новой истории Ярославского государственного университета, одобрена и рекомендована к защите.
Были сделаны доклады на международных научных конференциях Высшее образование в России (Ярославль, 1994 г.), Россия и Запад: диалог культур (МГУ, Москва, ноябрь 1995 г.), на третьей научной сессии Православие на Дальнем Востоке (Восточный факультет СПбГУ, С.-Петербургская Православная Духовная Академия, Санкт-Петербург, март 1997 г.), на научных конференциях Общество и государство в Китае (Институт востоковедения РАН, Москва, февраль 1998 г.), Актуальные проблемы естественных и гуманитарных наук (Ярославль, 1995 г.), на V и VI Тихомировских краеведческих чтениях (Ярославль, 1996 и 1997 гг.), на Краеведческих чтениях к 60-летию Ярославской области (Ярославль, апрель 1996 г.), а также на методическом семинаре кафедры Истории России и зарубежных стран ИППК РГИ при СПбГУ (Санкт-Петербург, ноябрь 1996 г.).
Работа получила грант Всероссийского конкурса-номинации для аспирантов и студентов в рамках программы поддержки Международным научным фондом (Фонд Дж.Сороса) российских гуманитариев (октябрь 1995 г.).
Структура исследования. Диссертация состоит из введения, трех глав, девяти параграфов, заключения, списка использованных источников и литературы, восьми приложений.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во введении обосновывается актуальность темы, раскрывается степень научной разработки проблемы, определяются предмет, цели и задачи, хронологические рамки исследования, показываются научная новизна и практическая значимость работы, дается характеристика источников.
Глава 1 Русская духовная миссия в Пекине: истоки и полномочия - посвящена складыванию института православной церкви в Китае, принципам организации ее деятельности и определению функций и задач миссии.
Создание Русской духовной миссии в Китае было вызвано потребностями русского государства в развитии отношений со странами Дальнего Востока. В середине XVII века созрели географические, экономические и политические условия для установления более тесных контактов России с Китаем. Миграционный поток из центральных, северо-восточных районов России и из Сибири в направлении Тихого океана привел к созданию первых русских поселений на тихоокеанском побережье и в бассейне реки Амур. Территориальные владения России настолько приблизились к Китаю, что создавались объективные предпосылки для установления непосредственных контактов. Стабилизация экономического развития России и складывание всероссийского рынка привели к необходимости поисков на Дальнем Востоке новых рынков сбыта русских товаров, главным образом пушнины. Установление посольских связей с далеким Китаем поднимало престиж России в глазах европейских и восточных политиков, с которыми уже имелись дипломатические отношения.
После укрепления владычества маньчжурской Цинской династии в период правления императора Канси, маньчжуры обеспокоились появлением к северу от их вотчинных земель русских землепроходцев и стали снаряжать в Приамурье военные экспедиции. Главным объектом нападения стала крепость Албазин - центр Российского Приамурья. Неоднократные осады Албазина цинскими войсками не достигали цели, после каждой осады крепость отстраивалась заново, казаки возвращались к своим занятиям, и лишь по условиям русско-китайского Нерчинского договора (1689) Албазинское воеводство перестало существовать, а крепость была разрушена самими русскими казаками. Во время осады Албазина в 1685 г. маньчжуры захватили в плен часть защитников крепости, которые были доставлены в столицу и зачислены в императорскую гвардию в качестве русской сотни. Им был выделен для проживания и несения гарнизонной службы участок земли и назначено жалованье. Вместе с русскими пленниками в Пекин попал священник Максим Леонтьев. На месте бывшей буддийской кумирни он основал небольшую православную часовню, где отправлял богослужение. Смерть о. Максима в 1712 г. послужила поводом к учреждению в 1717 г. в Китае Русской духовной миссии, указ о создании которой был издан Петром I еще в 1700 году.
Правовая основа существования православной миссии в Китае (ее месторасположение, статус, состав, содержание) была зафиксирована в Кяхтинском (1727 г.) и Тяньцзиньском договора (1858 г.). Основные сроки пребывания в Пекине, материальное обеспечение, способы связи с Россией, предметы занятий ее членов определялись Инструкциями, составленными МИДом и Синодом.
С 1715 по 1917 гг. миссия сменялась 18 раз. В ее состав, как правило, входили 10-12 человек: начальник (архимандрит), иеромонахи (1-3 человека), иеродиакон, причетники (2-6), студенты-ученики (4-6) с 1727 по 1864 гг., врач с 10-й по 14-ю миссию, художник с 11-й по 14-ю миссию, прикомандированные для научных исследований в составе 11-й и 12-й миссий. В 1864 г. миссия была разделена на духовную и дипломатическую. В 1902 году после создания в Китае епископии количество ее членов возросло за счет монастырских послушников, а также увеличения обслуживающего персонала. Сроки пребывания миссии в Пекине колебались от 7 до 14 лет. До 1858 г. миссия содержалась на средства Цинского и Российского государств. После заключения Тяньцзиньского договора средства отпускались только из России.
Функции Русской духовной миссии в Пекине заключались в следующем: 1) религиозно-пропагандистская (деятельность миссии по распространению православия в Китае), 2) дипломатическая (миссия играла роль неофициального дипломатического представительства России в Китае), 3) научно-исследовательская (с деятельностью членов миссии связаны большие успехи в отечественном китаеведении).
Следует также отметить особое положение Русской духовной миссии в Китае, в отличие от миссионеров других стран: миссия до появления в Китае постоянного русского дипломатического посольства в 1861 г. выполняла функции посредника между двумя соседними государствами, заинтересованными, в силу общности территориальных границ, в развитии прежде всего торгово-экономических отношений; русские миссионеры состояли на государственной службе у китайского императора, следовательно, отношение к ним определялось как к его подданным; на миссии лежала обязанность (по официальной версии) поддерживать православную веру среди русского населения в Китае, что не вызывало подозрений со стороны китайских властей. В силу перечисленных особенностей, православная миссия избежала гонений на христиан, предпринятых Цинами, и являлась единственным иностранным институтом в столице Китая до середины XIX в., проводившим политику изоляции от внешнего мира.
С 20-х годов XVIII века Россия, единственная из западноевропейских держав, имела постоянные торговые отношения с Китаем и свое дипломатическое представительство в Пекине в лице духовной миссии. Русская духовная миссия была тем каналом, благодаря которому осуществлялись контакты между русским и китайским правительствами. Такая форма взаимных отношений оказалась наиболее приемлемой для обеих сторон, так как она позволяла обходить весьма щекотливые вопросы дипломатического церемониала, затрагивающего престиж Российского и Цинского государств.
В главе 2 Миссионерская деятельность православной церкви в Китае - рассматривается возможность христианизации Китая и показана деятельность русской церкви по распространению православия в сравнении с работой католических и протестантских миссионеров.
Для того чтобы выяснить возможность христианизации Китая, необходимо иметь четкое представление о его религиозной системе. Официальная идеологическая доктрина китайской империи конфуцианство это этико-философское учение о человеке, его жизни, общественном устройстве, ритуалах и т.д. Культовая сторона в конфуцианстве носила сугубо вспомогательный характер, а сами конфуцианцы рассматривали свою идеологию как технику управления, но не как истину, раскрывающую смысл бытия. Для этой цели имелись другие средства религиозные учения буддизма и даосизма. Все три учения образовывали единую триаду, охватывающую все сферы жизни китайцев. Поэтому не возникала потребность в какой-то новой религиозной системе. Религиозный синкретизм и терпимость в отношении различных религиозных верований позволяли христианству свободно существовать на положении одной из религиозных сект под контролем государства при условии невмешательства в дела страны и сохранения спокойствия и стабильности в Поднебесной.
К моменту появления в Китае православия католическое миссионерство переживало свой расцвет. Однако с первой четверти XVIII в. начались гонения на христиан, продолжавшиеся до ХХ в. Положенный в основу католической церкви юридический принцип церкви-государства стимулировал активную дипломатическую и педагогическую деятельность миссионеров, подчиненных общей задаче обращения прозелитов. Протестантизм, положивший в основу этический принцип, секуляризировавший культуру и превративший религию в одну из ее сфер, привлекал иноверцев достижениями западной цивилизации. Это не соответствовало представлениям китайцев о положении религии в обществе. Созерцательность православного сознания имело преимущество в глазах китайцев и легче вписывалось в систему традиционных китайских ценностей.
Основными принципами миссионерской деятельности были переводческая практика, богослужение и проповедь, организация школ и благотворительное дело. В численном росте православных китайцев можно выделить три скачка. Первый связан с провозглашением в 1858 г. свободной проповеди христианства в Китае, второй - с учреждением в 1902 г. епископии, что повышало статус миссии. Последнее увеличение православной паствы пришлось на второе десятилетие ХХ в. период расцвета миссии. На количество обращенных влияло также политическое положение в стране. Тайпинское и боксерское восстания, русско-японская и первая мировая войны, антихристианские законы сдерживали распространение идей христианской религии.
Спасение души не всегда являлось первопричиной обращения в православную веру. Прежде всего это были материальные выгоды: преимущество при торговле с русскими купцами, защита от местных судей, покровительство и работа в стенах миссии, изучение иностранных языков и получение образования. Из-за отсутствия статистических данных сложно определить социально-демографический состав православных общин. Преобладала ориентация на бедные слои населения, так как исповедание христианства было несовместимо с назначением на высокую должность. Однако высшие слои духовенства, в частности буддийского, привлекала философия православия. Среди крещеных преобладали люди среднего возраста. Мужчин было больше, но среди женщин было меньше отказов от веры. Следует обратить внимание на такую черту процесса распространения православия как его локализованность. Православные общины были сконцентрированы в 6 провинциях Северного, Восточного и Центрального Китая с центром в Пекине.
В сравнении с деятельностью католических и протестантских миссионеров в Китае, результаты русской православной миссии были ничтожно малы. Причины такого положения видятся в тяжелом материальном положении миссии, малочисленности ее состава, приоритете над миссионерской деятельностью дипломатической и научно-исследовательской, отсутствии в России специального учреждения, готовившего кадры миссионеров. Более глубокий взгляд на проблему христианизации Китая позволяет выделить главную причину, которая кроется в установках Русской православной церкви: не простое научение православной вере, не интеллектуальное принятие Христа, а опытное познание Христа благодатью, участием в жизни общины и соблюдении заповедей.
В главе 3 Русская православная миссия как орган дипломатического представительства и центр научных исследований России в Китае - освещается вопрос об участии миссионеров в осуществлении планов русского правительства в отношении Китая и их вклад в научное изучение страны.
В русско-китайских отношениях Русская духовная миссия играла роль посредника. Китай, переживавший период самоизоляции от внешнего мира, всячески уклонялся от установления как с Россией, так и с другими государствами, отношений, основанных на равенстве и взаимной выгоде. Функции резидента выполнял начальник миссии. Он действовал на основе секретных инструкций, присылаемых из Азиатского департамента МИД, и регулярно отправлял шифрованные донесения в Россию. На остальных членах миссии лежала обязанность собирать сведения политического, торгово-экономического и военного характера о китайской стороне. Информация поступала разными путями: благодаря знакомствам с влиятельными людьми и чиновниками Трибунала внешних сношений, путем подкупа и разведки под видом распространения православия, и носила постоянный и объективный характер в большинстве случаев.
Члены духовной миссии использовались в качестве переводчиков при заключении русско-китайских договоров, ведении переговоров и переводе официальных документов. Особо следует отметить деятельность таких миссионеров как Аввакум (Честной), Гурий (Карпов), Палладий (Кафаров), Поликарп (Тугаринов), К.Г.Крымский, А.А.Татаринов. Возвратившись в Россию, бывшие миссионеры служили переводчиками при Азиатском департаменте МИД.
Таким образом, Русская духовная миссия в Пекине удовлетворяла постоянный интерес к Китаю как огромной соседней стране со своеобразной цивилизацией. Осмысление внутриполитических процессов, происходящих в Цинской империи, умение прогнозировать внешнеполитическую ситуацию было невозможно без глубокого знания языка и культуры. Эта потребность вызвала развитие научного направления в изучении Китая. Пекинская миссия являлась единственным иностранным исследовательским центром в столице изучаемой страны.
Можно выделить ряд этапов в научной деятельности миссии. В XVIII первой четверти XIX в. происходило знакомство России с Китаем и складывание представлений о дальневосточном соседе - это период переводов. Темы, затрагивавшиеся членами миссии, исходили из традиционно русских интересов к истории Срединной империи: всеобщая история страны; монголы и маньчжуры в Китае; география расселения и история народов, населявших северные и западные районы Цинской империи; области, пограничные с югом Сибири. И.Россохин, А.Леонтьев, А.Агафонов положили начало созданию источниковедческой базы в области изучения Китая. К концу XVIII в. среди миссионеров стала намечаться более узкая специализация: появились языковеды, историки; была проведена огромная работа по составлению словарей, к сожалению, оставшихся в рукописях. В 1820-е гг. середине XIX в. все большую роль начинают играть научные исследования в форме изложения первоисточников. Главной фигурой этого периода был Н.Я.Бичурин. Благодаря его трудам изыскания русских синологов приобрели общеевропейскую значимость. С выходом в свет Китайской грамматики о. Иакинфа было положено начало методологии изучения китайского языка в России. Вторая половина XIX в. время создания обобщающих трудов в ряде областей исследования Китая и сопредельных с ним стран. От анализа текстов памятников миссионеры перешли к синтезу заключавшихся в них фактов. Этот период представлен такими колоритными фигурами как В.П.Васильев, труды которого составили большую часть научного наследия русских китаеведов, предложивший новый принцип графическую систему китайских иероглифов, заложивший фундамент изучения стран Дальнего Востока в Петербургском университете; П.И.Кафаров (Палладий), первым применивший метод работы только по источникам, а не по стереотипной информации китайских энциклопедистов, возглавивший первую научную экспедицию по Дальнему Востоку. Продолжались исследования в области ботаники и медицины врачами миссии С.И.Базилевским и П.А.Корниевским, астрономии К.А.Скачковым, сельского хозяйства, искусства художниками миссии А.М.Легашевым, К.И.Корсалиным, И.И.Чмутовым и Л.С.Игоревым, изучались технологии различных китайских ремесел. В последней четверти XIX в. начале ХХ в., несмотря на исключение из состава миссии светских членов, продолжалась работа по составлению словарей /Исайя (Поликин), Иннокентий (Фигуровский)/, изучению религий Китая /Алексий (Виноградов), Александр (Кульчицкий)/. В целом, на всем протяжении деятельности миссии исследования ее членов носили комплексный характер.
Своими успехами миссия обязана, в первую очередь, талантам и трудолюбию своих членов, большинство из которых были уроженцами различных провинций. Ярославские китаеведы, З.Ф.Леонтьевский, Поликарп (Тугаринов), Алексий (Виноградов), внесли заметный вклад в развитие дипломатических отношений между Россией и Китаем и в становление отечественной и мировой синологии.
Имя З.Ф.Леонтьевского (1799-1874) известно лишь узкому кругу специалистов. Современник Н.Я.Бичурина, он всегда оставался на вторых ролях. Однако научное наследие характеризует его как одного из самых знающих китаеведов середины XIX в. Он обладал глубокими познаниями в литературе, истории, географии, экономике, этнографии, нумизматике и археологии Китая. Исключительно важной была работа Леонтьевского в области китайского языкознания. Составленные им словари до сих пор сохранили большую научную ценность для изучения истории развития китайского языка. Отстаиваемая им в споре с Н.Я.Бичуриным транскрипция китайских географических названий до сих пор жизнеспособна. Следует обязательно отметить просветительскую деятельность русского китаеведа, чьи переводы на китайский язык (в частности, История Государства Российского Н.М.Карамзина) расшатывали китаецентристскую модель мира Срединного государства, разрушая стереотипы в представлении им других стран, что, несомненно, способствовало расширению русско-китайских связей. Его переводы литературных произведений с китайского и маньчжурского языков были одними из первых в России. Велико значение деятельности З.Леонтьевского в процессе формирования книжного фонда восточных книг в России. Его Кабинет китайских редкостей был одним из первых частных музеев в России. З.Леонтьевский был одним из тех, кто разрушил преклонение русских читателей перед западноевропейскими исследователями Китая.
40-е годы XIX в., время пребывания в Цинской империи 12-й духовной миссии под началом Поликарпа (Тугаринова) (1806-?), были переломным периодом для китайской истории время насильственного открытия страны иностранными державами вследствие поражения в первой опиумной войне 1840-1842 гг. Талант дипломата начальника миссии проявился в том, что благодаря его деятельности Россия не дала ни одного повода китайскому правительству поставить ее в один ряд с другими странами (Англией, Францией, США), открыто проявлявшими свои колониальные устремления. С его помощью удалось не только сохранить дружественные отношения между двумя государствами, но и продолжить на новом уровне контакты в культурной сфере.
К последней четверти XIX началу ХХ в. относится синологический период научного творчества Алексия (Виноградова) (1845-1919?). Единственный из всех, он, имея за плечами опыт научных исследований, пройдя юридическую школу и школу живописи, пришел к осознанию необходимости рассмотреть взаимодействие и взаимовлияние восточной и западной культур. Его основными научными исследованиями были История Библии на Востоке с приложениями и История Английско-Американской Библии, своего рода справочники по синологии вообще. Однако его научные изыскания не были восприняты официальной наукой. Но, конечно, в истории ученой деятельности Пекинской духовной миссии А.Н.Виноградов по праву занимает одно из значительных и почетных мест.
Труды духовных и светских членов миссии и поставляемая миссией материально-исследовательская база (литература на восточных языках, этнографические коллекции; описания быта, социальных отношений, политической истории и духовной жизни, религиозной культуры страны; географические, астрономические, экономические данные) определяли возможность и направленность научных исследований в русском китаеведении и уровень знаний о Китае в российском общественном сознании.
В заключении подводятся итоги исследования, формулируются основные выводы и положения. Приведенный в исследовании материал позволяет диссертанту предложить свою периодизацию деятельности Русской православной миссии в Китае:
I период (1713-1808) время формирования штата миссии, когда достигнуто соглашение о регулярной посылке в Пекин миссионеров (Кяхтинский трактат, 1727), и определения ее политико-дипломатических и научных функций. Миссионеры начинают, пользуясь знанием китайского и маньчжурского языков, научное изучение Китая. Прекращение в 1745 г. допуска в Пекин российских торговых караванов активизировало получение оперативных материалов от миссионеров о внутриполитическом состоянии Цинской империи.
Во II период (1808-1864) окончательно оформились основные функции деятельности миссии: работа в православной общине; подготовка квалифицированных кадров переводчиков; постоянное дипломатическое представительство при Цинском дворе. Именно в это время на основе востоковедных кадров, воспитанных и сформированных миссией была заложена прочная база русского китаеведения и проявили себя его выдающиеся представители.
III период (1864 -1917) характеризуется тем, что с 1858 г. разрешена православная миссионерская деятельность на территории всего Китая, а с 1864 г. с миссии снимаются дипломатические обязанности, и она переходит под начало Синода. По-прежнему в ведении миссии важной работой оставалась подготовка правительственных кадров переводчиков, экспертов, дипломатических работников. Продолжается научное изучение страны. Период можно подразделить на два этапа: 1864-1898 и 1898-1917 гг. На первом этапе в связи с новой ситуацией активизируется работа по переводу священных и богослужебных книг, наблюдается рост числа прихожан и клира. Второй связан с деятельностью Иннокентия (Фигуровского) по преобразованию Пекинской миссии и ее возрождению после восстания ихэтуаней (1900 г.). Это было время наивысшего расцвета миссии и ее благополучия. Православные миссионеры не приняли Октябрьской революции (1917 г.). В 1921 г. Пекинская миссия вошла в состав Русской Зарубежной Церкви.
Можно констатировать несомненную стабильность положения православия в религиозном комплексе Китая. Православное понимание миссии церкви, которая совершает миссионерскую работу одним своим присутствием, определило пассивную тактику миссионеров. Это черта имела преимущество в глазах китайцев в отличие от жесткой организационной структуры католической церкви и ярко выраженного колониального оттенка ее деятельности.
За длительный период своей деятельности (начиная с XVIII в.) Пекинская духовная миссия внесла большой вклад в развитие политических, научных, культурных и религиозных связей между Россией и Китаем. Попытки христианизации китайцев положили начало процессу взаимного обмена духовными ценностями, что в свою очередь вело к объективным изменениям в миссионерской практике Русской православной церкви.
В приложениях приводятся данные, конкретизирующие и иллюстрирующие деятельность Пекинской духовной миссии (Правление русских и китайских императоров в XVII начале ХХ века, Личный состав Русской духовной миссии в Китае и сроки ее пребывания в Китае, Издания Русской духовной миссии в Китае (Пекин: типография Успенского монастыря при Русской духовной миссии), Список книг, переведенных на китайский язык и напечатанных в Пекинской духовной миссии, Рукописное наследие З.Ф.Леонтьевского, Земельные владения Русской православной миссии в Китае, Ризница Русской духовной миссии в Китае, Библиография Русской православной миссии в Китае).

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях:
1. Роль членов Российской духовной миссии в Пекине в развитии востоковедного образования в России // Высшее образование в России: История, проблемы, перспективы. Международная научная конференция. Тезисы докладов. Вып.1. Ярославль, 1994. С.153-154.
2. Деятельность Российской духовной миссии по распространению православия в Китае // Актуальные проблемы естественных и гуманитарных наук: Исторические науки. Тезисы юбилейной конференции. Ярославль, 1995. С.41-44. 3. Пекинская духовная миссия как орган дипломатического представительства России в Китае // Путь в науку: Сборник научных работ аспирантов и студентов исторического факультета. Вып.2. Ярославль, 1995. С.36-41.
4. Православие в системе традиционных китайских отношений (из истории Российской духовной миссии в Китае) // Россия и Запад: диалог культур. Вторая международная конференция МГУ. 28-30 ноября 1995 г. М., 1995. С.65.
5. Ярославцы - члены Российской духовной миссии в Китае // Минувших дней связующая нить...: V Тихомировские чтения / Под ред. А.М.Селиванова. Ярославль, 1995. С.108-110.
6. Принципы организации Российской духовной миссии в Пекине // Путь в науку: Сборник научных трудов аспирантов и студентов исторического факультета. Вып.3. Ярославль, 1997. С.24-25.
7. Ярославский китаевед З.Ф.Леонтьевский (1799-1874) // Страницы минувшего: VI Тихомировские краеведческие чтения / Под ред. А.М.Селиванова. Ярославль, 1997. С.111-113.

Примечания:

1.См.: Августин (Никитин), архимандрит. Русская Православная Миссия в Корее // Православие на Дальнем Востоке: 275-летие Российской духовной миссии в Китае. СПб., 1993. С.133-147; Белов М.В. Русская православная церковь и корейцы: 1865-1917. Дис. соиск. канд. истор. наук. М., 1994; Ванина И.Ю. Миссионерская деятельность русской православной церкви в Северо-Восточной Азии (середина XVII середина XIX вв.). Дис. соиск. канд. истор. наук. Иркутск, 1995.
2.Выписка из замечаниев о пекинских духовных миссиях, писанных иеромонахом Феодосием Сморжевским // Материалы для истории российской духовной миссии в Пекине. СПб., 1905. С.65-71; Уведомление о начале бытия россиян в Пейдзине и о существовании в оном грекороссийской веры. Составлено пекинским архимандритом Софронием Грибовским. Служил в Пекине в 1794 по 1808 год // Там же. С.1-45; Николай (Адоратский). Православная Миссия в Китае за 200 лет ея существования: Опыт церковно-исторического исследования по архивным документам. Вып.1-2. Казань, 1887.
3.Николай (Адоратский). Об источниках истории Пекинской духовной миссии в первый и второй периоды ее деятельности. Казань, 1888.
4.Он же. Настоящее положение и современная деятельность православной миссии в Китае // Православный собеседник. 1884. 8, 9; Он же. Отец Иакинф Бичурин: Исторический этюд // Там же. 1886. 2, 3, 5, 7.
5.Краткая история Русской православной миссии в Китае. Пекин, 1916.
6.Малышевский, профессор. Исторический очерк христианской проповеди в Китае // Труды Киевской духовной академии. 1860. 3. С.112-172; 4. С.241-366; С.С. Христианская проповедь в Китае и Японии // Русский вестник. 1892. Декабрь. С.7-31; 1893. Февраль. С.11-32; Липранди А.П. Православие в Китае. 1698-1898 // Там же. 1898. Июль. С.355-371; Архангелов С.А. Православная миссия в Китае // Архангелов С.А. Наши заграничные миссии. СПб., 1899. С.3-37; Мальцев А.Н. Пекин и Китайская миссия // Мальцев А.Н. Православные церкви и русские учреждения за границей. СПб., 1906. С.279-299 и др.
7.Можаровский А.Ф. Архимандрит Петр Каменский, Начальник десятой Российско-Императорской миссии в Пекине // Русская старина. 1896. Т.85. С.317-342; 585-609; т.96. С.97-108; Соколов А. Ярославцы, жившие в Китае, или ярославские синологи // Ярославские губернские ведомости. Неофициальная часть. 1872. 3. С.7-9; 4. С.11-12; Александров Я.А. Незабвенной памяти члена Пекинской духовной миссии иеромонаха о. Платона, в мире Петра Васильевича Александрова. 1878-1902. Казань, 1904 и др.
8.Коростовец И. Русская духовная миссия в Пекине // Коростовец И. Китайцы и их цивилизация. 2-е изд. СПб., 1898. С.384-412; Кюнер Н.В. Новейшая история стран Дальнего Востока. Ч.II. Обзор сношений Китая с европейскими державами с XVI ст. до 1842 года. Вып.3. Сношения с Россией. С приложением Истории Пекинской Духовной Миссии. Владивосток:, 1910.
9.Барановский М. Пекинская духовная миссия: Из деятельности царской России в Китае // Атеист. 1930. 49. С.10-35.
10Г.Л. Пекинская духовная миссия и русско-китайская торговля в 30-50-е гг. XIX в. // Красный архив. 1932. Т.4 (53). С.162-166.
11.В.М.Алексеев. Наука о Востоке: Статьи и документы. М., 1982; Бартольд В.В. История изучения Востока в Европе и России // Бартольд В.В. Сочинения. Т.IX. Работы по истории востоковедения. М., 1977. С.197-482; Скачков П.Е. Очерки истории русского китаеведения. М., 1977; Хохлов А.Н. П.И.Каменский и его труды по истории Китая // Конференция аспирантов и молодых научных сотрудников ИВ АН СССР. М., 1970. С.139-140; Он же. Н.Я.Бичурин и его труды о Монголии и Китае // Вопросы истории. 1978. 1. С.55-72; Он же. Об источниковедческой базе работ Н.Я.Бичурина о цинском Китае // Народы Азии и Африки. 1978. 1. С.129-137; Тихвинский С.Л. Выдающийся русский китаевед Н.Я.Бичурин: К 200-летию со дня рождения // Тихвинский С.Л. Китай и Всемирная история. М., 1988. С.163-182 и др.
12.Н.Я.Бичурин и его вклад в русское востоковедение: К 200-летию со дня рождения. Материалы конференции / Сост. А.Н.Хохлов. Ч.1-2. М., 1977; История и культура Китая: Сборник памяти академика В.П.Васильева / Под ред. Л.С.Васильева. М., 1974; П.И.Кафаров и его вклад в отечественное востоковедение: К 100-летию со дня смерти. Материалы конференции / Отв. ред. и сост. А.Н.Хохлов. Ч.1-3. М., 1979.
13.Радовский М.И. Русский китаевед И.К.Россохин // Из истории науки и техники в странах Востока. Вып.2. М., 1961. С.88-99; Боград В.Э., Рифтин Б.Л. Русский китаевед Дэмин, его "Поездка в Китай" и перевод из "Сна в Красном тереме" // Народы Азии и Африки. 1983. 6. С.78-87; Мясников В.С. Русский маньчжуровед Г.М.Розов // Проблемы Дальнего Востока. 1979. 1. С.181-187; Смирнов Г.Ю. Антон Михайлович Легашев: 1798-1865; Кондратий Ильич Корсалин: 1809 - и после 1872; Иван Иванович Чмутов: 1817-1865; Лев Степанович Игорев: 1822-1893 // Русское искусство. Очерки о жизни и творчестве художников. Середина девятнадцатого века. М., 1958. С.541-566.
14.История отечественного востоковедения до середины XIX века. М., 1990.
15.Православие на Дальнем Востоке: 275-летие Российской духовной миссии в Китае. СПб., 1993; Православие на Дальнем Востоке: Памяти святителя Николая, апостола Японии. 1836-1912. Вып.2. СПб., 1996.
16.История Российской духовной миссии в Китае: Сборник статей. М., 1997.
17.Церковь в истории России (IX в. 1917 г.): Критические очерки. М., 1967; Русское православие: Вехи истории. М., 1989; Овчинников В.Г. Православная церковь в истории нашей страны // Вопросы истории. 1988. 5. С.111-121; Фриз Г. Церковь, религия и политическая культура на закате старого режима // Реформы или революция? Россия 1861-1917. СПб., 1992; Полунов А.Ю. Под властью обер-прокурора Синода: Православная церковь в царствование Александра III. М., 1996; Фирсов С.Л. Православная церковь и государство в последнее десятилетие существования самодержавия в России. М., 1996.
18.Смирнов Н.А. Миссионерская деятельность церкви (Вторая половина XIX в. 1917 г.) // Русское православие: Вехи истории. М., 1989. С.438-462.
19.Мясников В.С. Империя Цин и русское государство в XVII веке. М., 1980; Мясников В.С., Шепелева Н.В. Империя Цин и Россия в XVII начале ХХ вв. // Китай и соседи в новое и новейшее время. М., 1982. С.34-89; Мелихов Г.В. Россия и Цинская империя на Дальнем Востоке (40-60-е годы XVII в.). М., 1986 и др.
20.Сладковский М.И. История торгово-экономических отношений России с Китаем (до 1917 г.). М., 1974; Хохлов А.Н. Торговля приоритетное направление политики России в отношении Цинского Китая // И не распалась связь времен К 100-летию со дня рождения П.Е.Скачкова: сборник статей. М., 1993. С.197-229; Романова Г.Н. Экономические отношения России и Китая на Дальнем Востоке (XIX - нач. XX в.). М., 1987; Единархова Н.Е. Кяхта и кяхтинская торговля (40-60-е гг. XIX в.) // Взаимоотношения России со странами Востока в середине XIX начале ХХ века. Иркутск, 1982. С.12-25 и др.
21.Думан Л.И. Учение о Сыне Неба и его роль во внешней политике Китая (с древности до нового времени) // Китай: традиции и современность. М., 1976. С.28-51; Бокщанин А.А. Особенности внешних отношений империи Мин и вопросы преемственности // Там же. С.129-142; Крюков М.В. Китай и соседи: две традиционные модели взаимоотношений // Общество и государство в Китае. 11-я науч. конф. М., 1980. С.15-38; Мартынов А.С. О различных подходах к проблеме взаимоотношений императорского Китая с внешним миром // Там же. 12-я науч. конф. М., 1981. С.6-46
22.Петров В.П. Албазинцы в Китае. Вашингтон, 1956; Он же. Российская духовная миссия в Китае. Вашингтон, 1968.
23.Widmer E. The Russian ecclesiastical mission in Peking during the eighteenth century. Cambridge (Mass.), 1976.

Написать комментарий
 Copyright © 2000-2015, РОО "Мир Науки и Культуры". ISSN 1684-9876 Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Иву купить всегда можно в нашем питомнике в Москве.