Rambler's Top100 Service
Поиск   
 
Обратите внимание!   Обратите внимание!
 
  Наука >> Медицина >> Нервные болезни | Научные статьи
 Написать комментарий  Добавить новое сообщение
 См. также

Научные статьиПсихолингвистическое исследование сновидений детей и подростков с невротическими расстройствами: (1)

Научные статьиПроблема алекситимии в контексте поведенческих концепций психосоматических расстройств

Научные статьиСпецифичность психовегетативного эффекта в аспекте психосоматической и кортико-висцеральной концепций

Сновидения и психологическая защита при невротических расстройствах у детей и подростков

Е.А. Корабельникова, В.Л. Голубев

Кафедра нервных болезней факультета послевузовского профессионального образования и лаборатория патологии вегетативной нервной системы Московской медицинской академии им. И.М. Сеченова

В начало...


Обследованы 78 больных с невротическими расстройствами в разные стадии невротического состояния и 25 здоровых испытуемых в возрасте 10-17 лет. Показано, что динамика сновидений при невротических состояниях происходит в направлении их интенсификации, аффективной и когнитивной активации на этапе компенсации и последующей редукции сновиденческой активности при декомпенсации невротических нарушений, что может указывать на их роль в психологической защите. Особенностью реагирования на стресс у больных неврозами является наличие следующего за стрессовым воздействием латентного периода, предшествующего непосредствен-ной реакции сновидений на это воздействие, а также ее большая длительность, чем у здоровых, и качественное своеобразие, что может отражать сложность адаптации к стрессовому воздействию больных неврозами.

Невротические расстройства являются одной из наиболее актуальных проблем детского возраста [1, 3-5, 8]. Это определяет необходимость поиска новых направлений в изучении их патогенеза и дальнейшего совершенствования лечебного процесса. Одним из таких направлений становится исследование расстройств сна и сновидений (<сновиденческой активности>), являющихся одним из наиболее постоянных симптомов невротических расстройств [2, 6, 14]. Экспериментальные и клинические данные, накопленные за последние десятилетия, свидетельствуют о количественном и качественном своеобразии сновидений при невротических нарушениях. Однако в работах, посвященных данной проблеме, описаны только самые общие, статичные характеристики сновидений больных неврозами при различных невротических синдромах, тогда как их место и роль в патодинамике невротического состояния не рассматривалась.

В результате проведенного нами ранее исследования сновидений детей и подростков с невротическими расстройствами с использованием схемы их экспертной оценки [9], позволявшей определить частоту, характер и структуру сновидений, были выявлены их особенности при разных вариантах неврозов при сравнении со здоровыми сверстниками. В настоящей работе отражены результаты клинико-динамического анализа сновидений в зависимости от степени тяжести невротического состояния.

Клиническую выборку составили 78 больных невротическими расстройствами и 25 здоровых в возрасте 10-17 лет. У большинства больных длительность невроза превышала 3 года.

Были выделены 3 стадии невротического состояния: декомпенсации, характеризующейся выраженным обострением всех клинических проявлений заболевания и требующей обычно стационарного лечения; субкомпенсации; компенсации - истинной, терапевтической и ложной - за счет формирования вторичных патохарактерологических образований и форм поведения. Эти стадии можно было наблюдать в период пребывания детей в стационаре. На разных стадиях заболевания программой исследования было предусмотрено применение клинического и параклинического, анкетного, экспериментально-психологи-ческого методов, а также упоминавшегося выше метода экспертной оценки сновидений [9].

Сновидения регистрировали путем записи на магнитофонную ленту <отчетов> детей о них после утеннего пробуждения на протяжении всего периода пребывания их в стационаре.

Ниже будут представлены данные, касающиеся относительно более динамичных характеристик сновидений, которые достоверно зависят от глубины невротических расстройств.

В стадии компенсации у больных неврозами по сравнению со здоровыми значимо увеличивалась частота связи ночных пробуждений со сновидениями (частая связь - 35,9%; р< 0,05). Достоверно реже отмечался положительный аффект при пробуждении после сновидений (3,84%; р <;p<; 0,05) и как эмоциональный фон самих сновидений (11,5%; р < 0,05). В то же время значительно возрастала частота возникновения отрицательных эмоций в сновидениях (47,4%; р < 0,05). Достоверно чаще отмечались длительное (более суток) удержание сновидений в памяти (29,5%; р < 0,05), осознание сновидений <целиком> (41%; р < 0,05), незавершенность (43,6%; р < 0,05), феномены люцидности, <сновидения в сновидении> (43,6 и 34,6% соответственно; р меньше 0,05), достоверно реже - благоприятный исход и осознание сновидений <в принципе>, т.е. факта наличия сновидения (18%; р< 0,05).

В стадии субкомпенсации характеристика сновидений дополнилась статистически значимым возрастанием по отношению к здоровым обследованным таких факторов, как частота (высокая частота - 69,2%), наличие двух сновидений и более за одну ночь - 26,9%, эмоциональные реакции на сновидения при пробуждении в виде облегчения - 35,9% и отрицательного и эмоционального аффекта - 30,7%, представленность в сновидениях испуга - 42,2%, страха и тревоги - 53,9 и 43,6% соответственно, агрессивные проявления - 61,5%, значимость сновидений - 43,6%, восприятие отдельных цветов - 46,2%, отрицательный симптом инверсии - 23,1% (р<0,05). Отдельные показатели (возникновение двух сновидений и более за ночь, отрицательный эмоциональный аффект при пробуждении из сновидений, значимость сновидений, представленность тревоги и страха, неблагоприятный исход - 21,8%, восприятие отдельных цветов) отмечались в этой стадии достоверно чаще, чем в стадии компенсации (р<0,05).

В стадии декомпенсации (66,6% видения возникали достоверно реже, чем у здоровых и больных с более легкими стадиями неврозов (низкая частота - 58,8%; р < 0,05), соответственно реже отмечалась связь ночных пробуждений со сновидениями (редкая связь - 66,%; р< 0,05). Такой же была динамика феноменов люцидности и <сновидения в сновидении> (3,9 и 2% соответственно), которая, однако, оказалась достоверной только по отношению к стандартному (р < 0,05). Другие показатели уровня достоверного отличия от контроля: выраженность эмоций тоски (24,7%) и угнетенного состояния (15,7%; р< 0,05). Некоторые из этих показателей статистически значимо превышали соответствующие данные в стадии субкомпенсации: отрицательный аффект при пробуждении после сновидения (64,7%) и как фон сновидений (96,2%), эмоциональный эффект в виде тоски в сновидениях, неблагоприятный исход (52,9%), представленность отдельных цветов в сновидениях (68,6%; р<0,05).

Таким образом, динамический анализ сна и сновидений с учетом степени тяжести невротического состояния позволил выявить достоверную зависимость их отдельных характеристик от стадии заболевания. Кроме характеризующих сновидения параметров, которые могут быть названы общеневротическими, выявлены и относительно постоянные, устойчиво сохраняющиеся показатели в разные стадии невротического состояния. Последние, по-видимому, определяются не невротическими факторами, а особенностями личности. Изменения, которые претерпевали сновидения в более легких стадиях заболевания, происходили в направлении интенсификации <сновиденческой активности>, активаций в аффективном и когнитивном отношении, возрастания незавершенных сновидений, агрессивных проявлений, отрицательной эмоциональной инверсии, <канализации> цветовосприятия, учащения феноменов люцидности и <сновидения в сновидении>. Сновидения становились навязчивыми и мучительными для больного. Пробуждения были часто связаны с содержанием сновидений и сопровождались чувством облегчения. В фазе декомпенсации интенсификация <сновиденческой активности> сменялась ее угнетением (низкая частота, редка связь пробуждений со сновидениями). С учетом того, что частота люцидных сновидений также снижалась почти до их полного отсутствия, можно утверждать, что осознаваемая психическая активность во время сна в стадии декомпенсации выражена слабее. Возрастание представленности феноменов люцидности и <сновидения в сновидении> на начальных этапах с последующей отрицательной динамикой в стадии более глубоких невротических нарушений заставляет рассматривать их как проявления, связанные со сновидениями адаптационных механизмов. Данные феномены, способствуя отчуждению неприятных и устраняющих событий, составляющих содержание сновидения, и снижению остроты эмоциональных переживаний (люцидность), а также предотвращению нежелательных пробуждений (феномен <сновидения в сновидении>), по-видимому, направлены на устранение невротизирующего воздействия на психику самих сновидений. Важно отметить также, что период перехода от сновидения к бодрствованию, сопровождаемый в стадиях компенсации и субкомпенсации чувством облегчения, при утяжелении состояния сохраняет тот отрицательный эмоциональный аффект, который доминирует в сновидениях, т.е. в момент пробуждения исследуемый эмоционально ориентирован на продолжение неблагоприятных событий, имевших место в сновидении. Следовательно, состояние пробуждения из сновидения в стадии декомпенсации не выполняет той адаптивной функции, которая связана с разграничением ощущений и переживаний, сопряженных со сновидениями, и эмоционального состояния периода бодрствования, что характерно для более легких стадий невротических расстройств.

Динамика характера завершения сновидений в сторону их незавершенности на ранних этапах невротических расстройств с последующим возрастанием представленности неблагоприятного исхода при их декомпенсации снова адресует нас к высказанной ранее идее о качественно иной, чем у здоровых, стратегии активности при невротических расстройствах.Если у здоровых ее сущностью является ориентация на достижение благоприятного результата, то при неврозах - на преодоление неблагоприятных событий и защиту от их возможного неблагоприятного исхода. Данная стратегия предполагает сознательное и подсознательное моделирование возможной благоприятной ситуации у здоровых и неблагоприятной - у больных неврозами. Возможно, особенности стратегии поведения и определяют направление сюжетной линии и характер исхода сновидения. Уменьшение соотношения незавершенность - неблагоприятный исход при развивающейся декомпенсации невротических расстройств, по-видимому, определяется смещением акцента с формирования стратегии преодоления неблагоприятной ситуации на моделирование самой ситуации и ее возможного неблагоприятного исхода. Эмоциональный фон сновидений в фазе декомпенсации имеет почти исключительно отрицательный характер, причем значимыми становятся эмоции тоски и угнетенного состояния, что может быть связано с нарастанием депрессивного радикала в структуре невротических нарушений.

Таким образом, несмотря на редукцию (снижение) частоты сновидений на стадии тяжелых невротических нарушений, уровень их аффективной и когнитивной активации остается высоким. Если предположить, что именно достигающая уровня осознания психическая активность в состоянии сна, т.е. сновидения как таковые, выполняет функцию психологической защиты, то обеднение сновидениями, несмотря на их активированный характер, может указывать на ее неполноценность.

Рядом исследователей предпринимались попытки научно-экспериментального изучения влияния эмоционально-стрессовой ситуации на сновидения [4, 7, 15, 16, 20]. Однако эти исследования касаются в основном сновидений у здоровых лиц. Данные об особенностях реагирования сновидений на стрессовую ситуацию у больных неврозами практически отсутствуют. В ряде работ [16, 17] изучалось воздействие положительного и отрицательного эмоционального стресса на сновидения субъектов с высоким и низким уровнями невротизации.

Исходя из того что одна и та же эмоционально-стрессовая ситуация не эквивалентна по своей стрессогенности для разных субъектов, мы не использовали в работе единый для всех обследованных лиц экспериментальный стресс, а с учетом возможности длительного наблюдения за испытуемыми изучали реакцию сновидений на воздействие реальных отрицательных эмоционально-стрессовых жизненных ситуаций, имевших место в период исследования. К ним относились те реальные события, которые с учетом клинико-психологического анализа реакции на них данного субъекта могли быть расценены как стрессовые (неприятности в школе, семье, конфликт со сверстниками, медицинским персоналом и др.).

Реакция сновидений на воздействие эмоционального стресса оценивалась с учетом как ее временных параметров, так и изменения характера сновидений. Исходя из сроков возникновения и продолжительности мы выделили следующие типы реагирования сновидений на стрессовое воздействие: 1 - отсутствие реакции на эмоциональный стресс; 2 - быстрая (в течение 1 нед) после воздействия стресса и кратковременная (1-5 дней) реакция; 3 - быстрая и длительная (1-2 нед и дольше) реакция; 4 - отсроченная (по истечении 1-2 нед и более после воздействия стресса) и кратковременная; 5 - отсроченная и длительная.

Воздействие острой и кратковременной отрицательной эмоционально-стрессовой ситуации в процессе наблюдения имело место у 8 здоровых и 29 больных неврозами. В группе здоровых воздействие эмоционального стресса не приводило к каким-либо из-менениям сновидений в 37,5% наблюдений или при-водило к быстрой кратковременной реакции снови-дений 2-го типа (62,5%). В группе больных неврозами в ответ на стрессовую ситуацию достоверно чаще, чем у здоровых, возникала реакция сновидений, следующая не непосредственно после психотравмирующего воздействия, а по истечении некоторого латентного периода (более 1 нед), и являлась длительной, т.е. 5-го типа (42%; р <0,05), или (реже) кратковременной - 4-го типа (21%; р <0,05). Отмечалась также быстрая реакция, которая продолжалась чаще длительно - 3-го типа (24,5%; р<0,05), чем кратковременно - 2-го типа (3,5%), т.е. реже, чем у здоровых (р<0,05). Статистически достоверные изменения сновидений при стрессовой ситуации в группе неврозов отсутствовали (р<0,05) только в 3,5% наблюдений. Представленность различных вариантов реакций сновидений на воздействие эмоционального стресса не обнаружила статистически значимых отличий от таковой у здоровых, однако имелась тенденция к проявлению реакций 3-го (3,3%) и 5-го (16,6%) типов, отсутствовавших у здоровых.

Изменения структуры сновидений больных неврозами в ответ на эмоциональный стресс по существу не затрагивали общеневротические характеристики, за исключением характера окончания сновидения (учащение сновидений с неблагоприятным исходом), близкого к таковому в более глубокой стадии невротического состояния (декомпенсации). В то же время реакция на стрессовое воздействие касалась таких показателей сновидений больных неврозами, как самооценка (понижение) и представленность отрицательных симптомов инверсии и эмоциональной неадекватности (увеличение), т.е. преимущественно личностно обусловленных характеристик, обсуждавшихся ранее. Вышеизложенное может быть объяснено качественным различием реагирования здоровых и больных с невротическими расстройствами на эмоциональный стресс, который первыми адекватно оценивается как реальное стрессовое воздействие, тогда как на невротическом фоне воспринимается преимущественно в контексте его личностной значимости, с актуализацией переживаний, связанных с базовым конфликтом, т.е. происходит интроекция реальных стрессовых событий. В этих условиях механизмы психологической адаптации к реальному стрессовому воздействию, успешные у здоровых, при неврозах оказываются неполноценными. Сказанное свидетельствует в пользу принятой ранее гипотезы о функциональной принадлежности сновидений к механизмам психологической защиты и их дефицитарности и неэффективности при неврозах, сопряженных с объективно регистрируемым количественным и качественным своеобразием сновиденческой активности в условиях эмоционального стресса.

Таким образом, клинико-динамический анализ сновидений при невротических нарушениях свидетельствует не только об их количественном и качественном своеобразии, но и о зависимости от степени расстройства, а также об особенностях реагирования на стрессовое воздействие. Полученные данные позволяют использовать анализ сновидений как один из методов ранней диагностики невротических расстройств у детей и подростков, для оценки степени их тяжести и прогноза.


Журнал неврологии и психиатрии N 1-2000, стр.18-22

Литература

1. Буянов М.И. Клиника и лечение энуреза в детском возрасте: Методические рекомендации. М 1977.

2. Вейн А.М., Хехт К. Сон человека. Физиология и патология. М: Медицинa 1989.

3. Вендрова М.И. Сновидения больных с церебральной органиче-ской патологией: Автореф. дис. ... канд. мед. наук. М 1988.

4. Веселкова Е.А. Невротические нарушения и психотерапия у детей дошкольного и младшего школьного возраста: Автореф. дис. ... канд. мед. наук. Томск 1993.

5. Захаров А.И. Психологические факторы формирования невро-зов у детей и подростков: Автореф. дис. ... д-ра психол. наук. Л 1991.

6. Карвасарский Б.Д. Неврозы. М: Медицина 1990.

7. Касаткин В.Н. Теория сновидений: Изд. 3-е. Л 1983.

8. Ковалев В.В. Журн невропатол и психиатр 1981; 81: 1505-1509.

9. Корабельникова Е.А., Голубев В.Л. Журн неврол и психиатр 1996; 96: 3: 29-32.

10. Латаш Л.П. Клиническая нейрофизиология. Л 1972; 372-413.

11. Ротенберг В.С. Клинико-электрофизиологический анализ на-рушений сна: Дис. ... канд. мед. наук. М 1970.

12. Ротенберг В.С. Адаптивная функция сна. М 1982.

13. Цетлин М.Г. Нарушение сна в клинической динамике невро-тического развития личности: Автореф. дис. ... канд. мед. наук. М 1980.

14. Шпак В.М. Расстройства сна и их лечение при невротических и некоторых неврозоподобных состояниях: Автореф. дис. ... д-ра мед. наук. Калинин 1968.

15. Breger P., Hunter I., Lane R.W. Psychol Issues 1971; 7: 3: 27. 16. Cohen D.B., Cox C. J Abhorm Psychol 1975; 84: 91-108. 17. Cohen D.B. Br J Soc Clin Psychol 1977; 16: 2: 153-163. 18. Greenberg R., Pearlman C.A., Gamfel D. Br J Med Psychol 1972; 45: 27-33.

19. Hartmann E. Int Psychial Clin 1970; 7: 192-197.

20. Koulack D., Godenough D. Psychol Bull 1976; 83: 5: 975-984.


Написать комментарий
 Copyright © 2000-2015, РОО "Мир Науки и Культуры". ISSN 1684-9876 Rambler's Top100 Яндекс цитирования