Rambler's Top100 Service
Поиск   
 
Обратите внимание!   Обратите внимание!
 
  Наука >> История >> История искусства | Дипломные работы
 Написать комментарий  Добавить новое сообщение

ДОРЕВОЛЮЦИОННЫЕ ИНТЕРЬЕРЫ
ИВАНА ФОМИНА

Дипломная работа Анны Старостиной
Руководитель - Г.И. Ревзин
Кафедра истории отечественного искусства, исторический факультет МГУ
Архитектура России


Глава 2. Пик интерьерной неоклассики Фомина.

2.2. Особняк князя С.С. Абамелек-Лазарева

Совершенного другая ситуация сложилась с постройкой дома князя С.С. Абамелек-Лазарева. Фомину пришлось вписывать свой план в ограниченный с трех сторон участок. Ивану Александровичу принадлежит фасад, выходящий на Мойку, вестибюль, лестница и два зала. Все авторы в один голос отмечают, что Фомин монументализирует тему частного особняка, оформляет небольшие залы так, что они не уступают дворцовым по торжественности.
Войдя через массивные деревянные двери, мы попадаем в маленькую прихожую. Квадратное помещение с крестовым сводом расписано Боданинским в стиле римских гротесков: на ярко-синем фоне золотые вазы, лиры, гирлянды, в центре на черном фоне золотая маска. Аналоги таких росписей можно встретить на римских виллах, например, похоже оформлен вестибюль козино на вилле Людовизи.
Из этой прихожей мы попадаем в вестибюль. Его решение очень неординарно. Это небольшое и невысокое прямоугольное помещение, окруженное тяжелыми дорическими пилястрами, приблизительно в человеческий рост высотой. По двум длинным стенам им соответствует дорическая колоннада таких же пропорций. Баз у этих колонн нет, они поставлены на своеобразный настил, простирающийся от стены и не прерывающийся на интерколумнии. Выполнены пилястры и колонны из искусственного мрамора столь любимого Фоминым оранжевого цвета, а капители сделаны из розовато-желтого материала. (Такое цветовое решение мы встречали в танцевальном зале особняка Шаховской.) Также Фомин применяет свой излюбленный шахматный пол. И так приземистые пропорции колон и пилястр усугубляет очень тяжелый белый антаблемент с крупными украшениями лаконичных форм. Интересно, что при всей своей кажущейся тяжести и приземистости размеры колонн вполне соотносимы с ростом среднего человека, поэтому остается некоторое ощущение абсурдности переживаемого пространства. Вся эта игра пропорций и объемов еще более усиливается на торцовой стене: на углах Фомин применяет наложенные друг на друга пилястры, а, освобождая центр для ниши со скульптурой, он так близко вынужден сдвинуть пилястры, что промежуток между ними становится меньше самих пилястр. Интересно, что как вход, так и выход на лестницу сделаны не в торцовых стенах, а в крайних интерколумниях.
Такое неординарное решение может трактоваться и как ироническое прочтение ампира, пародия, в рамках частного особняка, применение в котором "героического пространства" само по себе комично, на использование архитекторами русского ампира монументальных, тяжелых форм внешней архитектуры во внутреннем убранстве общественно-значимых построек. Такое мнение высказывает Г.И. Ревзин, указывая на вестибюль Адмиралтейства, как возможный прототип для пародии .
Вход на лестницу вынесен достаточно далеко из-за колонн, поэтому уже из вестибюля мы видим ее перспективу, и сразу становится ясно, что это совершенно иное пространство. По контрасту нам открывается просторный, изящный, светлый интерьер лестницы с ровными бледно-зелеными стенами, красивым высоким сводом с восьмиугольными кессонами и белыми на зеленом фоне розетками в них. Большую роль в этом пространстве играет простенькое, белое зеркало, расположенное на площадке. Невыразительное на первый взгляд, оно, тем не менее, позволяет увидеть перспективу второго лестничного пролета еще из вестибюля, создавая удивительный эффект бесконечной, устремленной вверх лестницы. Большое окно, расположенное сбоку от зеркала дает постоянный яркий свет, подсвечивая не только саму лестницу, но и ее отражение в зеркале. Эти игры, позволяющие создать объемные визуальные пространства при небольших реальных размерах, были фирменным знаком Фомина. Дополнительную легкость лестнице придают стройные, высокие перила.
С лестницы мы попадаем в столовую. Это самое нарядное помещение. Напротив окна располагается своеобразная полукруглая лоджия с балконом для музыкантов, отделенная двумя ионическими колоннами и двумя полуколоннами, облицованными черным мрамором с крупными вкраплениями красновато-коричневых и светло-коричневых пятен, с белыми капителями и базами. Этот сложный и очень красивый колорит колонн является главным цветовым акцентом и подчиняет себе колористическое решение всего зала. В центре каждой из боковых стен расположены плоские арки, оформленные коринфскими колоннами меньших размеров, но одинаковых по колористическому решению.
Важнейшим элементом композиции этого зала являются иллюзионистические живописные панно. В этом случае своего любимого эффекта расширяющегося пространства Фомин достигает не использованием зеркал, а введением в интерьер иллюзионистической композиции. Не случайно на первом эскизе столовой, сохранившимся в Музее Архитектуры им. А.В. Щусева, это небольшая представляется огромным торжественным пространством. Использование иллюзионистических приемов, бесспорно, окрашены иронией, пародируя приемы мастеров итальянской архитектуры.
Стены не были декорированы, они оставались гладкими, и, как бы подчеркивая это, Фомин сосредотачивает белые с золоченым декором двери в углах здания так, что венчающие их белые фронтончики на консолях чуть не соприкасаются друг с другом углами. В верхней части, отделенной тоненьким фризом завитков, над дверьми расположены круглые скульптурные медальоны. (Скульптуру для этой работы Фомина делал Б.И. Яковлев.) Все белые детали хорошо читаются на бледно бежевом, чуть тонированном общем фоне. Зеркальный свод в нижней части декорирован кессонами, плафон расписан Боданинским в его уже привычной нам несколько суховатой стилизаторской манере, но не лишен изящества.

Большой интерес представляет театральный зал. Он противопоставлен столовой по своему решению. Все помещение обработано красно-коричневыми коринфскими пилястрами с белыми капителями. Между ними находятся белые двери с золоченой отделкой, по три на каждой из боковых стен, точно такие же, как и в столовой, но они оформлены тонкой рамой из искусственного мрамора того же красно-коричневого цвета с золотой отделкой. В их завершении на кронштейнах расположены полочки с парами грифонов. Сам мотив, конечно, не нов и часто использовался в оформлении интерьеров классицизма (Адам, Камерон),  но решает Фомин его совершенно по другому: темные скульптурные фигуры грифонов расположены на светлом, цвета слоновой кости, фоне, и это придает им черты модерна. В соответствии с назначением зала избирается сюжет для росписи: в центре в октагоне помещена колесница Аполлона, в двух небольших прямоугольниках живопись, имитирующая рельефы, по краю плафон окружает фриз с путти, поддерживающими гирлянды.

* * *

Это действительно знаковые постройки для всего дореволюционного периода творчества Фомина: все мотивы, все принципы в них уже раскрыты. Но при этом, по своей семантике они наиболее связаны с предшествующей традицией. Особенно дача Половцова: классический П-образный план, симметричная планировка, разделение на парадную и жилую части, связь с окружающим парком. Но Фомин всегда изменяет что-то, нарушая классические каноны и законы: перенасыщенность деталями: слишком много колонн, чуть изменены пропорции, излишне акцентирована деталь, чуть причудливее, чем требует строгий вкус, выполнена линия, фронтончики над дверьми почти налезают друг на друга  и создается совершенно новое, неожиданное, иногда ироничное, иногда изящно-возвышенное, ощущение. Каждое новое помещение становится совершенно неожиданным для нас по своему образу и решению. Но в целом это все же своеобразная "игра на чужом поле".

<--- Назад    Содержание     Далее --->


Написать комментарий
 Copyright © 2000-2015, РОО "Мир Науки и Культуры". ISSN 1684-9876 Rambler's Top100 Яндекс цитирования